— Что еще за Андрей? — пробормотал Дима, но, еще не дождавшись ответа, догадался, о ком я говорю. Это было ясно по его лицу, с которого вдруг исчезло раздражение, уступив место неприкрытому любопытству.

Я вкратце пересказал брату разговор с вампиром.

— Я так и думал, — в очередной раз удивив меня, заявил Дима. — Конечно, Амаранта все еще любит тебя. По-другому и быть не могло, — с чувством собственного превосходства констатировал он.

— Раз ты такой всезнайка, тогда скажи, что мне теперь делать?

— Не все сразу. Дай мне время. Рождение хорошего плана нельзя торопить, — подняв вверх указательный палец, с ученым видом изрек Димка.

Я усмехнулся, но был вынужден и здесь признать его правоту. Следовало все хорошенько обдумать, да и время уже позднее. Мы решили, как говорится в русских сказках, что утро вечера мудренее. Но последующие события развивались так быстро и непредсказуемо, что никакого толкового плана так и не было придумано. Мы просто неслись по течению в надежде, что рано или поздно нас прибьет к нужному берегу.

Следующее утро я начал с того, что побрился. Приятно было снова видеть в зеркале собственное лицо. Не считая небольших припухлостей под глазами, выглядел я вполне сносно, и этот факт неожиданным образом порадовал. Мне необходимо было производить хорошее впечатление, если я собирался встретиться с Эмми, — это повысит мою конкурентоспособность.

Известие о том, что Амаранта переживает из-за нашего расставания не меньше, чем я, придавало сил. Значит, еще не все потеряно, и при определенном раскладе можно рассчитывать на успех. Оставалась самая малость — не упустить неожиданную удачу. Я хотел доказать Эмми искренность своих чувств, и это, похоже, получилось. Теперь предстояло убедить ее в том, что еще не поздно повернуть назад и уйти от Грэгори, снова отказавшись от жизни вампира-убийцы. Вот с этим могли возникнуть проблемы. Амаранта — добрая и ранимая по натуре девушка, и ей будет нелегко простить саму себя за то, что она совершила. Надеюсь, моя любовь и поддержка помогут чуду свершиться.

Незаметного мне вернулось хорошее настроение, впервые за последние недели, между прочим. В кухню я вошел, напевая себе под нос какую-то веселую мелодию.

— Я уж думал, ты забыл, как улыбаться, — не удержался от комментариев Дима, увидев мое довольное лицо. — Рад снова видеть тебя в строю.

— Тебе тоже доброго утра, — поприветствовал я брата, не желая вступать в дискуссию насчет моего настроения. — Ты придумал план? — спросил я, как только завтрак был готов, и мы сели за стол.

— Я как раз над этим работаю, — промычал он с набитым ртом.

— Пока я только вижу, как ты работаешь над бутербродами, — беззлобно поддел я.

— Настоящий гений должен быть всегда сыт. Нехватка белка, между прочим, плохо сказывается на работе мозга, — наставительно заметил Дима, потянувшись за новым куском хлеба с колбасой.

Завтрак прошел в атмосфере беспричинного веселья. И я, и Дима были довольны тем, что можно снова вернуться к полноценной жизни, а не прозябать где-то на ее задворках. В первую очередь это было, конечно, важно для брата, так как бездействие для него равносильно смерти. Единственное, что по-настоящему пугало Диму в жизни, — это скука. Неловко сознавать, что я стал причиной его страданий. Пришлось пообещать самому себе постараться, чтобы такого больше не повторялось. Впрочем, если бы мне тогда стало известно, насколько «веселым» будет наше дальнейшее пребывание в Питере, я бы поспешил взять свои клятвы назад.

Не успели мы с братом доесть последний бутерброд, как в дверь позвонили. Учитывая события прошлой ночи, мы насторожились. Правда, за окном светило солнце, и это обстоятельство практически исключало визит вампира, но осторожность в нашей профессии еще никогда не была лишней. Переглянувшись, мы с Димой, не сговариваясь, потянули руки к лежащим на подоконнике «Викингам».

Захватив оружие, мы направились к входной двери. Когда я уже был в коридоре, звонок снова нетерпеливо затренькал. Хозяин квартиры, видимо, считал, что ему нечего бояться в этой жизни, поэтому не озаботился такой простой вещью, как дверной глазок. Чувствуя себя, по меньшей мере, идиотом, я спросил, встав сбоку от двери:

— Кто там? — Вопрос прозвучал несколько наивно, было даже немного смешно от того, что я был вынужден полагаться на совестливость визитера.

— Может, хватит уже держать меня на пороге? Здесь, конечно, мило, но хотелось бы войти, — услышал я знакомый девичий голос.

Застывший в коридоре Дима удивленно приподнял брови, усмехнулся и спросил, явно не веря своим ушам:

— Ксюша?

— А вы ждете кого-то другого? — ехидно поинтересовались из-за двери.

Опустив пистолет дулом вниз, я тут же принялся отпирать замок, чтобы впустить в квартиру Ксению Маслову.

— Я смотрю, у вас тут весело, — войдя, заметила девушка, кивнув на пистолет в моей руке.

На ней было летнее платье цвета весенней травы в тон ее глазам и так идущее к рыжим волосам. Ксюша держала за ручку чемодан на колесиках, небольшая дорожная сумочка была переброшена через плечо.

— Как же я рада вас видеть! — улыбнулась Ксения, ставя чемодан на пол.