– Да, – согласился Человек. – Поедем. И не скромничай: у тебя в Доме всё просто прелестно. Достойно тебя. Машина, мы поедем!..

Услышав это, Дом ощутил некоторую неуверенность. Подобного поворота он не ожидал. Не было на его памяти такого случая, чтобы Человек провёл ночь не в Доме, не договорившись сперва с ним, не получив согласия. А как воспримут это другие Дома?! Они ведь сочтут, что Дом просто-напросто отказал своему Человеку в ночлеге! Это ужасно, последствия могут быть самыми трагическими! Нет, на такой риск Дом никак не мог пойти…

Машина уже распахнула дверцы, когда приятный звук послышался – словно звякнул серебряный колокольчик. И Человек встрепенулся:

– Слышишь? Замок сработал! Дом справился, просто молодец!

– Но света всё ещё нет, – возразила Гостья.

– Ничего – у меня есть свечи. Тебе нравятся свечи?

– Очень, – ответила она. – Ужин при свечах – это так приятно! И необычно для наших времён.

В свете фар они поднялись на крыльцо. Человек сказал:

– Дай руку, я здесь пройду и в полной темноте, привык за столько лет. А свечи в холле, во втором шкафчике. Сейчас сядем за стол…

«Как бы не так, – подумал Дом. – Если вы ожидаете, что стол уже накрыт, вино и фрукты и прочее, то вас ждёт разочарование. Стол не убран с утра, вот тебе, Человек, за непослушание! И вряд ли это понравится твоей Гостье. Нет, не захочет она жить в Доме, преподносящем такие вот сюрпризы».

Свечи между тем уже зажглись, и, держа их в руках, Человек и его Гостья медленно шли по дому. Вот и гостиная. Ну, что она скажет сейчас, интересно?

– Чудесный Дом! – Вот что сказала она, и, похоже, совершенно искренне. И как ни был Дом сердит, слышать это оказалось очень приятно. Пожалуй, этой женщине не откажешь в хорошем вкусе…

– Безобразие! – ответил на её слова Человек. – Как тебе нравится – он не потрудился даже прибраться после завтрака! Нет, что-то у него не в порядке. Придётся наказать его как следует.

Конечно, такие слова Дому пришлись не по вкусу. Но у него тоже был характер. И если дело дошло уже до прямого противостояния, надо стоять на своём до конца.

– Послушай, – сказала Гостья. – Скажи, а ты хоть когда-нибудь позволяешь Дому отдохнуть?

– Отдохнуть? Нет, конечно.

– Почему «конечно»?

«Вот так раз! – подумал Дом. – Кто бы мог ожидать…»

– А кто же будет всё делать? – удивился Человек. – У каждого есть своё дело, его дело – содержать самого себя в порядке – ну, и меня тоже. Иначе…

«Вообще-то правильно, – подумал Дом. – Но то, что она говорит, – очень интересно. Я никогда такого не слышал. Ну, а он что?»

– Ну вот сейчас, например, – продолжал Человек. – Мы приехали – а тут полный беспорядок. Кто же станет прибираться, если не он?

– Мы, – ответила Гостья. – Ты пойми: Дом устал, он тоже может уставать, так же, как мы с тобой. И надо помочь ему, пусть отдохнёт. Давай-ка сперва уберём со стола, унесём на кухню, заложим в мойку, а потом накроем заново – так, как ты хотел, включим музыку, ты нальёшь вина…

– Гм, – сказал Человек. – Знаешь, что-то в этом есть. Попробуем?

«Просто чудеса. Неужели они сами станут убирать? Невероятно».

А Гостья уже взяла на кухне поднос и стала собирать на него со стола то, что осталось после завтрака. Понесла. И в дверях слегка задела подносом о косяк двери. Чайная ложка упала с подноса.

– Вот неповоротливая, – упрекнула Гостья саму себя.

«Да не огорчайся ты, – подумал Дом. – В такой темноте – что же удивительного. Хорошо, что сама не упала. Мне было бы очень неприятно. Ладно уж…»

– Свет! – воскликнула Гостья радостно. – Смотри, он приходит в себя! Какой молодец. – Она осмотрелась; при нормальном свете всё здесь выглядело даже лучше, чем при свечах: замечалась всякая мелочь. – Нет, действительно, какой прелестный Дом! А ты, наверное, не заботишься о нём как следует.

«Ну да, как же, станет он! А вот ты – похоже, твоему Дому с тобой радостно, и он не просто по обязанности служит тебе, но от всей души. Я бы, во всяком случае, хотел сделать для тебя что-то приятное».

Сейчас, при свете, Дом разглядывал Гостью всеми камерами. Может быть, ему хотелось найти в ней какие-то недостатки, но с точки зрения Дома их не было; не замечалось, во всяком случае.

«А у моего Человека тоже неплохой вкус, – подумал Дом не без некоторой гордости. – Что удивительного: моё воспитание всё-таки. Он меня не спрашивал, конечно. Но ведь следовало заранее знать, что плохого выбора он не сделает. Пожалуй, надо дать им понять, что я не против. Раз уж жизнь требует…»

– Ой, слышишь? Музыка. Как приятно… И смотри: стюарды показались. С вином, с фруктами. Какой он хороший всё-таки!