- Алло! — повторил Кит. — Джессика?

 - Да, это я… Где папа? С ним что–то случилось?!

 - Джессика… Это Кит…

 - Кто?

 - Неважно… Я хотел… Джессика, ты…

 Кит не знал, что и как сказать сходящей с ума от волнения девочке.

 - Что с папой? — спросила она тихо и обреченно. — С ним что–то случилось?.. Он… Он…

 - Нет–нет!.. То есть, да… Он в больнице.

 - В больнице?! Что случилось?!

 - Он… В общем, он сейчас не может говорить…

 - Что с ним?!

 - У него… На него напали. Бандиты, да, и… После удара у него сотрясение мозга и…

 - Его били?!

 - Ну, в общем… Нет… Хотели ограбить и ударили по голове…

 Официантка принесла заказ. Кит жестами показал ей, чтобы унесла все обратно. Кроме кофе и пирожного — это было все, на что хватило бы его полтинника.

 - Твой папа был без сознания, — продолжал он напряженно врать, — и сейчас у него… это… В общем, у него временно утрачена способность разговаривать и… Но это временно! Дня через три–четыре все наладится!

 - В какой он больнице?

 - К нему пока нельзя! — спохватился Кит. — Нет–нет, ему сейчас нельзя волноваться и… Он просил передать тебе, что… Вот тут он мне написал, на салфетке… Дорогая Джессика, у меня неприятности, но ты не волнуйся, пожалуйста, все будет хорошо. Я в больнице, ненадолго. Ничего страшного, не беспокойся и не приходи ко мне пока. Медбрат позвонит тебе с моего телефона, скажи ему наш адрес, он тебе должен кое–что передать. Люблю тебя. Папа… Вот.

 Кит мысленно похвалил себя за находчивость, но девочка, кажется, ему не поверила.

 - Вы мне врете! Это не папа написал. Папа никогда не написал бы так.

 - Э… Видишь ли, Джессика, у твоего папы была травма головы и… Знаешь, после подобных травм бывает всякое… Люди что–то забывают или наоборот — вспоминают то, о чем давно забыли… Некоторые на других языках начинают разговаривать… В общем, не суди по нескольким строчкам.

 - Вы мне врете, — повторила она обреченно.

 - Нет!

 - Тогда дайте мне поговорить с папой! Вы взяли его в заложники? Или вы…

 - Джессика, — перебил он, — Джессика, милая, с твоим папой все хорошо. Он просил меня отвезти тебе его телефон и деньги…

 - Его же ограбили…

 - А… Нет, нет, я сказал «хотели ограбить». Там вовремя оказались какие–то небезучастные прохожие и отбили его у бандитов… Кажется, преступники успели только часы у него отобрать… Да–да, точно, папа говорил про часы…

 - Говорил?..

 Черт! Кит был не мастак складно врать.

 - Ну, я имею ввиду, написал. Он написал мне все на листочке. И следователю тоже писал показания на листочке. Писать он может, к счастью.

 Он старался говорить как можно спокойней и рассудительней. Кажется, если он и не развеял окончательно ее сомнений и страха, то по крайней мере она немного успокоилась.

 - Значит, вы работаете в больнице? — спросила она.

 - Да. Я медбрат.

 - А когда папу привезли к вам? Его нет дома уже четвертый день. А вы звоните мне только сегодня.

 - Три дня назад его привезли. Но ты понимаешь, он же был без сознания. Только сегодня, три часа назад, очнулся. Потом его допрашивал следователь.

 - Угу… Но может быть, я могу его навестить?

 - Нет, Джессика, пока нельзя, к сожалению.

 - А почему он сам не написал вам адрес? — спросила она и Кит снова почувствовал в ее голосе напряжение.

 Черт!

 - Он… Он не помнит его, Джессика… Понимаешь? Так бывает. Он не помнит свой адрес.

 - Да?.. Хм…

 - Поверь мне, Джессика! — со всей убедительностью произнес Кит. — Но… Но если ты боишься или… Конечно, ты можешь не сообщать мне адрес. Через несколько дней твой папа, вероятно, сможет говорить и тогда он сам позвонит тебе… Пока, Джессика.

 - Нет! — остановила она. — Подождите! Мы живем на тридцать девятой. Дом семь–бэ, квартира тридцать.

 - Ага, — облегченно произнес он. — Тридцать девятая, семь–бэ, тридцать, я понял, моя хорошая. Где–то через час я буду у тебя, ладно? Меня зовут Кит.

 - Хорошо. Только вы сделайте три звонка, вот так: пам… па–рам… пам–па–рам…

 - Да, я понял, — кивнул Кит. — До встречи, Джессика. И не вешай нос, все будет хорошо.

 - Да.

 Кит с облегчением нажал кнопку отбоя.