– Грон, начальник Центра по разработке новых видов маговооружения, – седой протянул руку, здороваясь.

– Ройд, – ответил сыщик, пожимая холодную руку, – инспектор.

– Мм… эти – с вами? – седой указал взглядом на Клара и Лилу.

– Со мной, – застёгивая рукав, ответил Ройд. – В качестве неофициальных наблюдателей.

– Тогда они на вашей ответственности, – не стал возражать Грон и, повернувшись, вошёл в дверной проём.

– Ройд, что происходит? – торопливо зашептал Клар сыщику на ухо, – что нам делать?

– Понятия не имею, – так же быстро ответил Ройд. – Будем действовать по обстановке! Главное, молчите и смотрите по сторонам, а там видно будет, – Ройд, на ходу надевая пиджак, перешагнул через железный порог; Клар и Лила, озабоченно переглядываясь, последовали за сыщиком.

За воротами находился тамбур: чуть далее, шагах в десяти, высилась ещё одна блестящая стена с точно такими же воротами и дверью. Только дверь теперь находилась справа… Скорей всего это было сделано для того, чтобы в случае вооружённой атаки не простреливались одновременно и оба дверных проёма, и то, что находилось за вторыми дверьми.

С правой стороны тамбура, в углу, высился металлический шкаф с ячейками, весьма схожий с механической камерой хранения, которую Ройд видел в драконодромном зале ожидания, в Нуфрямске. Начальник центра, настороженно глянув на рюкзачок Лилы, сказал:

– А вас, уважаемая, попрошу оставить заплечный мешок в сейфе. Внос посторонних, тем более личных вещей на территорию комплекса запрещён! Мешок получите на выходе, в целости и сохранности… И ещё, предупреждаю: все, кроме инспектора, должны пройти личный досмотр. Таковы правила!

Лила, прикусив губу от досады, сняла с плеч рюкзачок, покопалась в нём, краем глаза посматривая на седого. Когда же Грон отвлёкся, давая команду охранникам закрыть дверь, девушка украдкой сунула в ладонь Ройду золотое кольцо, талисман приворотной любви.

– Умоляю, – прошептала Лила, просительно глядя на сыщика, – спрячь! Не доверяю я им… – сыщик без лишних слов уронил кольцо в нагрудный кармашек пиджака.

– Готово? – начальник центра повернулся к инспектору и его юной команде наблюдателей. – Тогда идём дальше, – он нажал кнопку возле очередной двери.

Первым впечатлением Ройда, когда он прошёл через следующие ворота, было то, что он оказался не под землёй, а где-то на поверхности, в безразмерном стеклянном ангаре. Потолок – высоченный, не сразу определяемый – выглядел точь-в-точь как дневное пасмурное небо; стен ангара сыщик не разглядел – либо они тоже светились, незаметно сливаясь с потолком, либо находились слишком далеко.

Ближнюю часть ангара делили на части низкие, по грудь взрослому человеку, дымчатого цвета стеклянные перегородки; что находилось далее, разобрать было невозможно – мешало странное, схожее с потолочным светом, марево. В полупрозрачных клетушках, за пластиковыми столами с установленными на них хрустальными шарами, сидели люди в таких же, как у Грона, белых халатах. Некоторые, то и дело заглядывая в светящиеся шары связи, что-то строчили карандашами на листках бумаги; некоторые, позёвывая, пили из кружек кофе – запах выдавал; многие же, навалившись на стол, откровенно спали.

– Аналитический отдел, ничего интересного, – сообщил Грон инспектору. Перехватив взгляд Ройда, пояснил:

– Ночная бригада, они так всегда к концу смены, – и, посчитав объяснение достаточным, напомнил:

– Пожалуйста, молодые люди, пройдите сюда, – рядом с воротами, в стене, находилась дверь с лаконичной надписью: «Досмотровая»; Лилу, в нерешительности остановившуюся перед дверью, начальник центра подбодрил с понимающей улыбкой:

– Не беспокойтесь, у нас там и женщина-досмотрщик имеется. Входите, не стесняйтесь, – что-что, а в наблюдательности седому отказать было нельзя… «Впрочем, отличить мальчика от девочки, даже в одинаковой одежде, может любой, при минимальном желании. Это только в водевилях их никак разоблачить не могут», – флегматично подумал Ройд. – «Закон жанра!»

– Ээ… а, собственно, кто они такие? – проводив взглядом двух неофициальных наблюдателей, поинтересовался Грон.

– Дети некоторых высокопоставленных особ, – туманно ответил сыщик. – Для ознакомления и выбора профессии, так сказать, – и почти не соврал, особенно насчёт Клара.

– Похвально, – заметил седой. – Растёт наша смена, оперяется… Теперь вы: попрошу ещё раз предъявить тату-инфо, – Ройд, не спрашивая, зачем нужна повторная проверка, опять снял пиджак и закатил рукав. Грон достал из кармана халата серебристый баллончик-распылитель – вроде тех, которыми пользуются малолетние хулиганы, рисующие на стенах всяческие граффити – и аккуратно запылил тату прозрачным, быстросохнущим раствором; в воздухе терпко запахло химическим, отвратным.

– Необходимая и обязательная мера предосторожности, – Грон спрятал баллончик в карман. – Во избежание несанкционированного прослушивания-подглядывания… Я понимаю, что вы – инспектор, но правила есть правила! Через сутки тату вновь заработает, – седой помолчал, потом вспомнил что-то и нехотя добавил:

– Приношу извинения за временные неудобства, – похоже, он не привык извиняться.

– Ничего, всё в порядке, – Ройд надел пиджак; рука чесалась отчаянно, словно её блохи покусали. – Режим секретности – дело святое! Враг не дремлет, а болтун – находка для шпиона… и всякое такое, соответствующее, – не удержавшись, сыщик украдкой поскрёб тату ногтями: кожу будто лаком покрыли и никакого удовольствия от чесания не получилось.