Шрифт:
– Слезоточивый газ? – Первая составляющая не вызывала ассоциаций ни с чем, кроме колдовского заклинания, а вот про фосген Сергей слышал краем уха.
– Слезоточивый? Можно сказать и так. Дернете кольцо и бросите в нападающих. Только в помещении не применяйте, если у вас нет газовой маски.
– Поджигай. – Второй бандит чиркнул спичками.
Кольцо поддалось туго, гранатка чпокнула, как банка пива… Бандиты обернулись на шум…
– Шесть! – крикнул один из них.
Шипящий баллончик полетел в сторону поджигателей. Раздался хлопок.
Грохнул выстрел, плечо Сергея обожгло болью.
Со стороны бандитов раздался сдвоенный крик, дикий рев с булькающими звуками. Они, судя по движениям рук, пытались тереть глаза, царапали горло и лицо. Бросились бежать, ударились о забор, друг о друга наконец вроде бы смогли сориентироваться и выбраться за пределы двора, ставшего для них газовой камерой…
Проклятье!
Они все-таки выронили горящую спичку, и теперь угол мастерской медленно занимался чадящим красным огнем. Как раз там, где взорвалась граната и все было отравлено.
Замерев на мгновенье, Сергей сообразил, что делать.
Бросился в мастерскую. Газовые маски, лопата, газовые маски…
Когда Сергей, похожий в напяленной маске на безумного сталкера, вылетел на улицу, угол уже горел.
Прощай, курточка…
Сбросив джинсовку, Сергей начал хлестать по тянущимся вверх языкам огня. Руки горели, дым заволакивал окуляры маски, мешая видеть, воздуха отчаянно не хватало.
Сбив подкрадывающийся к крыше огонь, Сергей схватил отброшенную лопату и лихорадочно заработал. Полетели комья земли, сбивая огонь…
Парень снова схватился за куртку…
Сложно сказать, сколько времени прошло с момента поджога. Сергею уже казалось, что сутки. Наконец были затушены, забиты последние огоньки. Вышинский сбегал до колодца, притащил пару ведер воды и залил стену, на которой теперь отчетливо выделялся уродливый черный треугольник. Третье ведро он вылил на себя.
Тряслись руки, дрожали ноги, горело лицо… Сергей стянул маску и плеснул из ведра водой на лицо. Устало опустился на землю.
Твою мать, супермен… Героически отказался от помощи. И чем чуть не закончилась твоя эскапада? Думаешь, Виктору Алексеевичу приятнее было бы найти поутру остывшее пожарище и твое обугленное тело?
Еще и куртка сгорела…
Сергей посмотрел на раненое плечо. Ерунда, пуля буквально чиркнула, сорвав клочок кожи, кровь уже остановилась. А если бы не повезло?
Суббота для Сергея оказалась днем неудачным.
Бессонная ночь: после такого стресса заснуть уже не удалось. Сергей сидел в комнатушке и для успокоения чистил револьверы, только для того, чтобы руки перестали трястись: свой и трофейный – бандиты уронили наган, когда катались, отравленные газами. Ничего себе, «слезоточивый»…
Утром пришли работники и вначале унюхали следы вчерашнего поджога, а потом увидели обгорелый угол и приличный полукруг перекопанной земли вокруг.
– Сергей Аркадьевич, – Кирилл и Виктор Алексеевич прижали Сергея к стене, – что произошло ночью?
Взгляды ребят были обвиняющими. Можно подумать, это он баловался со спичками и случайно поджег мастерскую.
Сергей вздохнул:
– Приходили бандиты…
– Что за бандиты?! – Кирилл не видел кровавого пятна и не знал об угрозах.
Сергей вздохнул еще раз и кратко рассказал историю наезда на мастерскую.
– Значит, ночью они приходили сжечь мастерскую?
– Да.
– И вы знали, что они могут прийти, и никому не сказали?
– Почему никому? Вот, Виктору Алексеевичу сказал…
– Вы как-то забыли упомянуть, что речь идет о вооруженных бандитах. Газовые гранаты я вам передал больше как последнее средство…
– Кстати, они пригодились. Я справился…
– А вот эта рана на вашем плече? А обгорелая куртка? Сколько их было?
– Двое.
– А если бы их было трое? Четверо? Десять? Вы справились бы в одиночку? Я уже жалею, что вчера поверил вашим словам и оставил вас одного. Отныне мы будем дежурить по очереди…
– Я все равно ночую здесь…
– Не ночуете, а караулите. Сколько вы еще продержитесь без сна? День? Два? На третий день вы сгорите вместе со зданием, так и не проснувшись. Мы будем караулить вместе.
– Ребята, мне не хотелось бы перекладывать на вас свои проблемы…
– Во-первых, – химик движением руки остановил заговорившего было Кирилла, – есть некоторая разница между спихиванием трудностей на других людей и объединением усилий ради общего дела. Во-вторых, это и наша проблема. Эта мастерская такая же наша, как и ваша, в нее вложен наш общий труд, и нам точно так же, как и вам, не хочется, чтобы наши труды развеялись черным дымом.