— Мне еще нет и тридцати, Келли, — говорила Джилл всего несколько недель назад. — И я еще не попробовала все виды лечения. У меня еще есть время.

И вот эта нелепая, в расцвете лет, смерть…

Келли начала потихоньку приходить в себя, когда знакомый автомобиль, плавно обогнав ее, вдруг затормозил в нескольких футах.

— Я подвезу тебя, Келли! — Лоренс Лаутон, выйдя из машины, предупредительно открыл дверцу.

Последнее, чего она могла бы желать и в чем нуждались сейчас ее взвинченные нервы, — не оказаться наедине с этим человеком. Но все же она с неохотой уселась и накинула ремень безопасности.

— Я думала, ты уехал со всеми, — сказала Келли, чувствуя ожесточенное биение своего сердца.

— Я хотел побыть один.

— Понимаю, — вздохнула она. — Я пошла пешком по той же причине. — Она резко повернулась к Лоренсу. — Хотя я признательна, что ты подхватил меня.

— Не стоит благодарности, — отрезал он, затем легонько дотронулся до ее руки. — Прости, я на грани…

Келли обрадовалась, когда машина свернула на узкую дорожку, ведущую к дому Мондов. Лоренс припарковался в конце длинной вереницы автомобилей и Келли пошла рядом с ним по знакомой дорожке к открытым дверям роскошного особняка.

— Господи, как я хочу, чтобы все это поскорее кончилось, — вырвалось у Лоренса.

— Я тоже. — Келли прикусила язык.

— Да, конечно, ты тоже. — К удивлению Келли, Лоренс взял ее руку и некоторое время крепко держал. — Все хорошо? — Она кивнула, и его лицо немного смягчилось. — Пойдем, придется мужественно исполнить наш долг!

Родители Джилл встретили их в холле, они казались более спокойными, чем ожидала Келли. У Стеллы Монд глаза были красные, но сухие и с грустной безнадежностью смотрели из-под полей элегантной черной шляпы.

Питер Монд, большой и обычно добродушно-грубоватый, сейчас словно съежился; он взял зятя за руку и долго не отпускал. Келли с молчаливым сочувствием обняла мать Джилл, затем предложила помочь горничной накрывать на стол.

— О, моя дорогая, вы вправду хотите помочь? — с благодарностью воскликнула Стелла.

— Я пойду посмотрю, что там с напитками, — Лоренс осторожно высвободил свою руку из плена и направился к большому столу, уставленному разнокалиберными бутылками, хрусталем и блюдами с закуской.

Келли занялась делом, и это помогло ей отвлечься; она подозревала, что по той же причине Лоренс последовал ее примеру. Как всегда, элегантный, в темном строгом костюме, он циркулировал среди гостей с напитками и бокалами, переходя от одной группы к другой и старательно уклоняясь от долгих разговоров.

Келли подавала гостям закуски, затем последовал кофе с маленькими пирожными, и сердце ее вдруг заныло от боли, когда она обнаружила, что эти пирожные — из той самой булочной, куда они с Джилл так часто забегали после уроков, чтобы перекусить и посекретничать… Время от времени Келли приходилось принимать соболезнования от людей, знавших, как она была близка с Джилл, и ее хрупкое самообладание не раз было на грани срыва. Ей стоило неимоверных усилий держать себя в руках.

Наконец Питер Монд проводил последнего гостя и со вздохом облегчения закрыл дверь. Он пытался уговорить Келли остаться на обед.

— Простите, но никак не могу. Я работаю вечером, — отнекивалась та, отчаянно желая поскорее уйти.

— Они вас сегодня не могут освободить? — с надеждой спросила Стелла.

Келли покачала головой.

— Две другие девушки в отпуске, — объяснила она. — Я не могу подвести… И так уже опоздала к ланчу.

Лоренс нахмурился.

— Я думал, ты работаешь только по вечерам?

— Сейчас время отпусков, мне приходится замещать… — Келли неловко улыбнулась. — Да и лишние деньги тоже не помешают.

— По крайней мере, позволь Лоренсу отвезти тебя домой, — вмешался Питер. — Я бы охотно сделал это сам, но выпил чуть больше, чем следует.

Келли замахала руками.

— Нет, правда, я лучше пройдусь пешком. Мне нужно побыть на свежем воздухе до начала работы. — Но еще больше, чем свежий воздух, ей необходимо было одиночество, чтобы сказать последнее «прости» Джилл.

Лоренс проводил ее до ворот, его глаза покраснели, а лицо, наоборот, стало очень бледным.

— Ты действительно хочешь идти пешком? Позволь мне подвезти тебя?

— Спасибо, но лучше я пройдусь. Мне это необходимо, понимаешь? — Она начала терять терпение.

Лучи вечернего солнца упали на ее волосы, и они загорелись огнем. Он внимательно посмотрел на девушку.

— Ты выглядишь усталой… и похудела.

— Это из-за платья, оно мне велико: я взяла его у сестры. У меня не нашлось ничего подходящего, к тому же я всегда ужасно выгляжу в темно-синем. — Келли почувствовала, что с трудом держит себя в руках. — До свиданья, Лоренс. Мне действительно нужно идти.