– Ладно, направлю вас к оперативнику.
– Трой вытянул свою бычью шею и позвал проходившего мимо человека в форме.
– Эй, кто там сегодня дежурит?

– Бойл, - прозвучало в ответ.
– Но сейчас он на обеде.

– Черт побери! Ладно, я займусь сам. Сообщите-ка мне ее данные, дружище.

– Я бы дал ей лет двадцать восемь.

– Как?

– Мне кажется, она обманула меня перед свадьбой насчет своего возраста. Ну знаете, как это бывает с женщинами.

– Верно.

– Карие глаза, длинные каштановые волосы, стройная.

– Есть какая-нибудь фотография?

– Нет. Она стеснялась фотографироваться.

"Ничего себе!" - подумал Трой, но промолчал.

– Как же мы найдем вашу жену без фото, приятель?

– А здесь нет полицейского художника? Я достаточно подробно опишу ее внешность.

Тримэйн немного поразмышлял и согласился.

– Что ж, попробуем.
– Он поднял трубку.
– Де Вито, к тебе сейчас придет парень, у которого пропала жена. Ну да. Нет, фотографии нет. Вернее, вообще нет фотографии. Возьмешься? Ну конечно.
– Тримэйн указал на дверь. Вон та дверь. Де Вито вам поможет Удачи, дружище.

– Спасибо, - кивнул, удаляясь, тощий парень.

И только тут Трой Тримэйн сообразил, что на улице, пожалуй, чересчур холодно, чтобы разгуливать в одной майке. Но было уже поздно.

Полицейский художник Тони Де Вито тоже не обратил внимания на не по сезону легкую одежду тощего парня.

– Сначала посмотрите на возможные очертания головы, - бросил он, пригласив посетителя в кабинет.
– Чтобы нам было с чего начать.

Тощий парень пролистал книгу и выбрал красивый овал. Тони перерисовал овал в свой блокнот.

– Теперь глаза, - кивнул он.
– Какие глаза были - я имею в виду есть у вашей жены?

– Красивые.

Тони поморщился.

– Нельзя ли чуточку определеннее?

– Печальные.

– Печальные, но красивые. Ладно, - сказал Тони. И почему люди думают, что можно нарисовать красивые глаза?
– Они узкие, круглые или квадратные?

– Круглые.

Тони нарисовал круглые глаза.

– Брови?

– Густые. Не выщипанные. Впрочем, не слишком густые.

Тони нарисовал брови, как у Брук Шилдс, посчитав, что лишние волосы потом можно будет убрать.

– Теперь нос. Вздернутый? С горбинкой? Или острый?

– Нет. Больше похож на нос Энни Арчер.

Тони закрыл глаза. У Энни Арчер красивое лицо и запоминающаяся форма носа. Пришлось нарисовать нос по памяти.

– А рот можете описать?

– Не слишком полный, не слишком широкий.

– Хорошо. Что еще?

– Красивый. Добрый. В нем есть что-то материнское.

– Я могу изобразить доброту, но никак не красоту, - возразил Тони. Подумайте еще.

Они минуты полторы спорили насчет формы губ и в конце концов сошлись на том, что рот, должно быть, смахивает на рот Сьюзен Луччи.

Тони начал водить карандашом по бумаге и вдруг осознал, что совершенно не может припомнить, как выглядит рот у Сьюзен Луччи. Ноги - помнит. Глаза - тоже. А вот рот - проблематично.

– А может, рот еще какой-нибудь актрисы похож на рот вашей жены? спросил Тони.

– У Минни Маус.

– Ну, ее-то нарисовать - раз плюнуть.

Для первого раза получилось на удивление хорошо. Красивое лицо, хотя глаза смотрели чересчур печально.

– Остались только волосы, - подбодрил Де Вито.

– Длинные, со лба зачесаны назад.

– Сейчас.

Закончив портрет, Тони повертел его в руках и спросил:

– Похоже?

Парень нахмурился.

– Нет, совсем не то. Рот слишком тонкий, нос слишком острый, а глаза вообще не ее.

– А как все остальное?
– сухо поинтересовался художник.

– Волосы похожи, - кивнул Римо Лолобриджида.

"Прекрасно, - подумал Тони.
– Такая прическа была в моде лет двадцать - тридцать назад, но тем не менее я попал в точку".

– Ладно, - буркнул он, - давайте проработаем элементы.
– И он начал стирать нарисованное.
– А если глаза будут вот такими?

– Такое впечатление, будто она злится.

– Ну и ладно, пусть будет злюкой. Она когда-нибудь выглядела так, когда сердилась?

– Ни разу не видел ее злой.

– Давно женаты?

– Нет.

– Ладно, а вот так?

– Так вроде похоже.

– Теперь давайте удлиним нос.

Прошло еще минут двадцать, прежде чем расстроенный муж выпалил: