— Суперинтендант Роуз? — Кажется, это имя подействовало на надзирателя магически. Он на минуту заколебался, но потом в голову ему пришла новая мысль. — Суперинтендант Роуз не станет возиться с жуликом, набросившимся на сыщика. Кроме того, вы здесь всего полтора часа. Что это, по-вашему, закусочная? — отрезал он и, заперев дверь камеры, удалился.

Кэмпион замер от удивления. Он всегда считал служащих муниципальной полиции достаточно неглупыми и образованными. С такими олухами он в ней еще не сталкивался. Часы в городе пробили следующую четверть, и он обрушился на них с проклятьями. Теперь они утратили свое обаяние и откровенно раздражали. Все складывалось чертовски неудачно. Ему предстояло очень многое сделать. Отправиться с этим Суперинтендантом Хатчем в Лошадь. Он также хотел заглянуть в Институт.

Кэмпион разгадал суть большой игры. Теперь он был в этом уверен. Он так четко рассказал все Оутсу. Он лег на жесткую койку и начал обдумывать случившееся. Вроде бы в его распоряжении полдня, Оутс — где же он, кстати? Внезапно исчез, что было совсем на него не похоже. Вероятно, он мог узнать о крайней важности и срочности этого дела в самом министерстве.

Ладно, восстановим факты по порядку. Оутс забрал его из Главного управления и первым рассказал потрясающую историю о тысячах фальшивых банкнот, так мастерски подделанных, что их нужно было сварить в кипятке, чтобы это определить. Тогда он и предположил, что масштаб будущей операции огромен и ее цель — некая неожиданная, несанкционированная инфляция, из-за которой экономика страны полетит к черту, доверие народа окажется подорвано, правительство уйдет в отставку и, если это случится, всю нацию ждет моральное крушение. А поскольку Британия, как обычно, совершенно не готова к спасению своего национального духа, эта опасность не может не ужасать.

Он лежал, глядя в маленькое зарешеченное оконце высоко в двери. Кэмпион подумал, что совсем недавно он сомневался в существовании столь безумного плана. Оутс показал ему банкноты, обнаруженные в нескольких индустриальных городах. Подделаны они были дьявольски точно. Подобные банкноты могли изготовить лишь на государственных печатных станках вражеской страны. Более того, от этой хитрости у него просто перехватило дух, их удалось искуснейшим образом замусолить.

Оутс отобрал нескольких сотрудников для работы в разных городах. Всем им, кроме человека из Коачингфорда, выдали документы. А тот сообщил, что либо в самом городе, либо в Бридж орудует некая банда мошенников. Бедняга, больше он ничего не смог разузнать. Его нашли в устье реки со сломанной шеей. Все было сделано профессионально, чисто и очень мерзко, по-видимому, ему проломили шею свинцовой трубкой.

Кэмпион встрепенулся. В этом убийстве угадывалось что-то странное, личное и хорошо знакомое. Что же именно? Это по-прежнему ускользало от него. Возможно, все это не существенно, но он не смог удержаться от раздражения.

И снова проклятый бой часов. Без четверти три, решил он. Подавив вспышку гнева, он вновь погрузился в воспоминания и стал распутывать нити ассоциаций. Оутс предложил ему поехать в Коачингфорд. Наверное, вышло так, что Аманда прислала им обоим приглашение остановиться в Бридж, в доме Ли Обри. По общему мнению, это блестящий человек. Но лично он не доверяет всяким ученым фантазиям. Ладно, не надо о нем сейчас думать. Кэмпиону удалось устроить в городе Лагга с кипой фальшивых банкнот и старой одеждой. Затем он провел полдня в Бридж, успел обо всем распорядиться, вернулся в Коачингфорд, переоделся в старое тряпье и отправился в разведку.

Потом случилось то, чего он не в силах забыть. Все городское отребье, все затаившиеся бандиты вдруг пришли в движение, преступное болото забродило, как дрожжи. Эти типы сдавали деньги, и суммы были огромны. Городские подонки на время превратились в огромное, жадное, с вытаращенными глазами тайное общество, успевшее хорошо нажиться, пока банкноты переходили из рук в руки за дверями в ночлежках, за грязными столиками кафе.

За этим открытием последовало еще одно. Он заметил, что все вокруг перешептывались, и, судя по слухам, шестнадцатого должен наступить великий день. Он станет днем изобилия, когда потекут молочные реки, всех каким-то чудом одарят деньгами, и каждый будет обязан их истратить.

Эта новость показалась особенно неприятной, потому что шестнадцатое выбрали красным днем календаря и в других, более ортодоксальных финансовых кругах. Шестнадцатого официально объявят про Военный Заем по Протоколу Пятнадцать. Сомнений в этом не было. Сообщения непременно вызовут панику. Если события начнут развиваться по нарастающей, как предполагал Оутс, то все так скверно, что хуже некуда, от ужаса просто волосы на голове дыбом встают.

Откинувшись на койке, Кэмпион продолжал вспоминать, что он делал после. Долгое время никак не удавалось выяснить, где скрываются эти щедрые агенты. В конце концов он решил взять быка за рога и прикинуться одним из них. Тут и слетелась вся стая. Из частей начало собираться целое. Он знал, что это случится. Им с Оутсом представилась возможность хорошенько к ним присмотреться. Сборище оказалось впечатляющим, и тогда он понял, — чтобы сплотить эту банду, нужен человек с явным организационным талантом.

Потом завязалась драка, сбежалась полиция. Больше он ничего не запомнил, кроме скользких булыжников с набережной и мутной воды с плавающим в ней мусором.

Поскольку полиция не знала, кто же в действительности он и Оутс, им на редкость повезло, что они выбрались из этой переделки живыми. Вот почему Оутсу так опасно возвращаться сюда и участвовать в деле. Допустим, что их удалось вывести из игры, но что же происходило дальше? Конечно, если идея Оутса о спланированной инфляции хоть сколько-нибудь правдива, то вполне объяснимо, что он никому не доверяет, ведь всякий слух о подобной катастрофе может нанести такой же ущерб, как и сама операция. Боже, какая страшная мысль!

Кэмпион провел руками по голове и вздрогнул. Как бы то ни было, он успел хладнокровно все это обдумать и пришел к выводу, что огромный масштаб операции, о котором говорил Оутс, невозможен из-за чисто технических трудностей с распределение средств.

Если Враг намерен применить уже опробованный метод раздачи денег прямо на руки всем эвакуированным и странствующим по Англии, то в дело обязательно вмешается полиция. Однако решительный удар, о котором предупреждал Оутс, потребует незамедлительного и одновременного распределения средств по стране. Кэмпион не понимал, как это удастся сделать без участия и помощи населения. К тому же людей просто заставят сначала получить, а затем истратить эти деньги, что оказалось совершенно невероятным. Всем известно, как трудно раздать наличные прямо на улице. Порядок жизни многих поколений успел приучить обычных граждан, что в деньгах, не заработанных кровью и потом, есть нечто крайне подозрительное и опасное. Нет, предсказания Оутса, слава Богу, не должны сбыться, не в таких масштабах.