Шрифт:
Он пошел прочь и некоторое время спустя услышал топот ее ног. Памела бегом догоняла его.
— Подожди меня! — крикнула она ему вдогонку.
— Хорошо. — Он наклонился к ней пониже и прошептал: — Сейчас мы по этим шпалерам поднимемся на второй этаж.
— Я... — начала были Памела, но Римо зажал ей рот ладонью.
— Говори шепотом, — приказал он.
— Мне казалось, мы собираемся зайти с тыла.
— Ты малость глуповата, да? — сделал открытие Римо. — Я это сказал для них — для тех, которые внутри.
— А зачем?
Он ткнул пальцем в сторону входной двери.
— У них тут повсюду микрофоны и телекамеры. Я не хочу, чтобы они знали, что мы предпринимаем.
— Уж не хочешь ли ты сказать, что боишься? — удивилась Памела.
— Не за себя, — ответил Римо.
Она задумалась, потом кивнула:
— Ладно. Я буду следовать за тобой.
Окно второго этажа было открыто, и Римо пропустил Памелу вперед себя. Они оказались в спальне для гостей, в которой все стены, мебель, покрывало на кровати, ковер на полу и занавески на окнах были выдержаны в ярко-красных тонах.
— Эта комната выглядит так, будто тут кого-то пронесло с кровью, — заметил Римо.
— А мне она вроде как нравится, — возразила Памела.
— Замечательное место для того, чтобы умереть от потери крови, — согласился Римо. — Если они тебя заденут, я принесу тебя сюда, чтобы ты умерла тут.
— Благодарю вас. Я буду вам весьма признательна, — сухо сказала Памела.
Дверь спальни, как и двери всех комнат второго этажа, выходила на внутреннюю галерею, откуда открывался вид на огромный зал первого этажа, служивший и гостиной и столовой.
Римо знаком велел Памеле молчать и подвел ее к ограждению галереи. Внизу он увидел троих мужчин, прятавшихся за диванами и креслами, сжимая в руках оружие, нацеленное на раздвижные стеклянные двери, за которыми был виден дворик, а за ним — песчаный пляж. Океан сегодня был зеленым-презеленым. Он напомнил Римо о Карибском море.
— Давай я их пристрелю, — нежно прошептала Памела ему на ухо.
— Зачем это?
— Затем, чтобы убить их до того, как они убьют нас. У них стволов больше, тем у нас.
— Боже правый, ты даже мыслишь как Джеймс Бонд.
— Ну не можем же мы тут стоять и ждать, пока они все заснут, — прошептала Памела.
Римо поднял руку, пытаясь заставить ее замолчать.
— Предоставь это мне, — сказал он.
Он легко перемахнул через ограждение и пролетел вниз пятнадцать футов. Приземлившись на диванные подушки, он перекувырнулся назад через спинку дивана, приземлился на ноги между двумя из трех несостоявшихся стрелков и рывком выдернул у них из рук пулеметы.
Тот, который прятался за креслом, услышал шум и обернулся, медленно подняв руку с «магнумом». Но прежде, чем он успел что-то сделать, Римо вынул «магнум» из его руки. Римо стоял между тремя мужчинами, держа в руках пистолет и два пулемета. Держать три пушки одновременно неудобно, понял он. Он попытался взять в каждую руку по пулемету, а пистолет зажать под подбородком, но это тоже было неудобно.
— Кто ты? Что тебе надо? — спросил человек, прятавшийся за креслом.
— Попридержи коней, — посоветовал ему Римо.
Разговаривать с пистолетом под подбородком было очень трудно.
Он сунул оба пулемета под мышку, а пистолет взял в руку, но пулеметы стали выскальзывать. Сейчас они упадут, выпалят сами по себе и кого-нибудь заденут, подумал Римо.
— Ты в порядке? — крикнула Памела сверху.
— Чудесно, чудесно, чудесно, просто великолепно, — отозвался Римо. — Ну-ка, ребятки, погодите-ка минутку.
В конце концов он признал свое поражение и отшвырнул оружие в угол комнаты.
— Послушайте, — обратился он к парням. — Я положил пушки в углу, но это не означает, что вам в голову должна прийти мысль броситься туда и попытаться ими завладеть, потому что тогда я буду вынужден убить вас.
Памела спустилась по лестнице. Она держала всех троих под прицелом своего маленького пистолета. Римо обратил внимание на то, что она держит пистолет низко, рядом с бедром, как держат оружие опытные профессионалы, а не на вытянутых руках перед собой — в таком положении оружие ничего не стоит выбить из рук.
— А ну, не двигаться! — грозно крикнула она.
— Они вовсе и не собирались никуда двигаться, мисс Бонд, — саркастически заметил Римо. — А теперь отверни эту штуку от меня. — И он снова обратился к троим парням. — О'кей, ну и как вас зовут?