Вынув из кармана ключи от подъезда, девушка быстро открыла железную дверь и вошла внутрь.

Арина перевела дух и поднялась на нужный этаж. За дверью в левом углу лаяла собака. В квартире справа опять ругались муж с женой. И только за средней дверью было тихо.

Недолго думая, девушка вставила ключ в скважину и открыла замок. Дверь предательски скрипнула. Полина всегда спала в это время, и этот скрип ее постоянно будил. Значит, не будет времени сварить кофе и спокойно покурить сигаретку в форточку.

– Арина, это ты? – однако голос принадлежал не Полине.

– Черт! – тихо выругавшись, девушка вошла внутрь. – Да, я. Вера Ивановна, здравствуйте.

– Доброе утро! Я сама только приехала. Забыла вчера папку с документами. У Полины глаза красные. Как будто плакала. Даже не знаю, что с ней творится.

Арина тихо прикрыла входную дверь и скинула туфли. Сумку с продуктами пронесла на кухню, внимательно слушая Веру Ивановну.

– Я ее причесала, одела в любимое платье в цветочек, даже книжку почитала, но она все равно не улыбается.

Через минуту Вера вошла на кухню и налила стакан воды. Она была обеспокоенная и немного растерянная. Такой Арина ее никогда не видела.

В свои пятьдесят шесть она выглядела на сорок. Полная брюнетка с короткой стрижкой, которая безумна ей шла. На лице – аккуратный макияж и бесцветная помада на тонких губах.

Вера Ивановна была владелицей небольшого ювелирного магазина. Несмотря на бешеную конкуренцию, сумела не только сохранить, но и раскрутила свой бренд. Имела несколько квартир в центре, которые сдавала, а также уютную дачу недалеко от города и дорогую иномарку.

Полина была матерью Веры, ее самым любимым человеком. Она ее просто обожала. Арина никогда не видела, чтобы близкие с такой любовью и нежностью относились к друг другу. Даже немного завидовала.

Ведь она сама мечтала, чтобы ее родная мать так же могла к ней подойти и ласково погладить по плечу, сказать доброе слово. Чтобы выслушала, как ее дела и почему она грустит. Но ее мать была скупой на нежные чувства. Она скорее промолчит, чем что-то скажет.

– Арина, ты меня слышишь, детка?

– Да, конечно.

Девушка вынула из сумки пакет молока и повернулась к хозяйке. Женщина мягко улыбалась, глядя на растерянную девушку.

– Судя по всему, ты опять где-то витаешь. Это видно невооруженным глазом. Ладно, не стану тебя смущать. Как обычно, покормишь Полину ровно в девять, затем немного погуляйте на свежем воздухе. Она любит запах цветов и зелени. Да, и конечно, ее лекарство. Оно на тумбочке у кровати. Впрочем, ты и так все прекрасно знаешь.

Девушка стояла напротив и послушно кивала.

– Не волнуйтесь, я все сделаю.

– Я знаю, но вот какое-то предчувствие. Нехорошее. Не могу понять, что так угнетает.

Вера Ивановна поставила стакан в мойку и нервно поправила прическу.

– Я уже должна ехать на работу. Такое чувство, что я что-то забыла. Что-то очень важное.

– Может быть, документы?

– Нет, документы я уже взяла, что-то другое.

Не теряя времени, женщина вышла из кухни. Через секунду из соседней комнаты послышался ее голос с нотками радости:

– Вспомнила, флэшка! Про нее я забыла. Оставила в компьютере, вот ворона. Сейчас бы уехала без нее.

Арина молча продолжила вынимать продукты из сумки. Раскладывая их на столе, слушала, как Вера Ивановна прощается с матерью.

– Не скучай, моя хорошая. Ну все, мне пора. Вечером увидимся.

Через минуту входная дверь беззвучно закрылась. В квартире стало тихо. Арина смахнула выбившуюся прядь волос и села на стул.

Кухонька была маленькая, в ней еле-еле размещался гарнитур и стол с двумя стульями. Экономя пространство, хозяйка развесила все сковородки под полками, вместе с поварешками. Но это не спасало положение. Места все равно не хватало.

Не двигаясь с места, можно было дотянуться до столешницы и холодильника. А если постараться, то и отдернуть шторку и открыть окно, что, собственно, Арина и сделала.

Тихонько, стараясь не шуметь, девушка вынула из сумки новую пачку сигарет, подцепила острым ноготком самый краешек и разорвала пленку. Потом она закурила сигаретку и плавно откинулась на спинку стула. Она обожала эти моменты. Минуты, когда можно расслабиться и ни о чем не думать. Вдыхая дым, она прикрыла глаза.

Старушка всегда молчала, с самого первого дня, как только девушка вошла в эту квартиру. Она никогда не общалась с Ариной, словно той и не было вовсе.