Поймав загнанный взгляд Никиты, Берия чуть приподнял верхнюю губу изображая улыбку, но глаза его все также оставались холодными.

Эта мимика ввела Хрущева в ступор, и вызвала испуганную икоту. Больше он не сопротивлялся, и его ноги обутые в роскошные сапоги, стали безвольно волочиться по ковровой дорожке.

Постояв и посмотрев вслед за своим возможным убийцей, Лаврентия Павлович продолжил свой путь.

– Вас ждут, - сказал секретарь Сталина, как только нарком вошел в приемную.

Остановившись перед дверью, и набрав в легкие воздуху, как перед прыжком в воду, Берия рывком открыл дверь и прошел в кабинет.

Сталин не кричал, он просто стоял и смотрел на Лаврентия, попыхивая задумчиво трубкой.

– Товарищ Сталин, моя поездка к Аномалии увен …., - начал было нарком, но был остановлен тихим вопросом Сталина.

– Скажите Лаврентий Павлович, а разве мои приказы на вас не распространяются?

Берия почувствовал невольный страх при этом тихом вопросе.

– Товарищ Сталин я …

– Мой запрет на переход высшим руководителям на вас не распространяется. Это так по-вашему?

Берия стоял по стойке смирно пока Сталин снимал с него стружку, что-то объяснять или оправдываться сейчас преждевременно, лучше подождать пока товарищ Сталин не спустит пар.

Лаврентий Павлович не первый раз оказывался в такой ситуации, и понимал что Сталин его простит, ознакомится с его рапортом и простит, поэтому терпеливо ждал.

– Ладно, рапорт чтобы к вечеру был у меня, - сказал Сталин, и указав на стол пригласил сесть.

– Докладывайте.

Разговор переросший в простую беседу за стаканами чая, шел почти три часа, пока Берий не выложил все что знал и видел.

– Вот этот список с предателями перешедшими на сторону немцев, - подал очередной листок с полученными из параллельного мира данными.

– Это данные о всех месторождениях полезных ископаемых на территории СССР открытых до две тысячи одиннадцатого года, а так же оценка запасов и рентабельности добычи. Это краткий обзор развития военной и гражданской техники у нас и за рубежом за период с тысяча девятьсот сорокового по две тысячи десятый годы. Более подробный анализ и рекомендации по внедрению будут готовы через три дня.

Берия укладывал перед Сталиным листок за листком, объясняя что там.

Зазвеневший телефон на столе заставил вздрогнуть Лаврентия Павловича.

– Слушаю, - таким знакомым всем голосом сказал Сталин.

– Хорошо, - ответил он кому-то, и положил трубку на место.

Посидев несколько секунд, Сталин встал и прошел к небольшому шкафу, где был сейф. Достав из сейфа тонкую папочку, он вернулся обратно и положив ее на стол, сказав Берии:

– Вы оставьте все документы, я их изучу, и приму решение, а вы пока ознакомьтесь с этим человеком. Возможно скоро нам продеться очень тесно сотрудничать, и вы определитесь пока с линей поведения.

Взяв папку в руки, на которой было написано:

Лукашенко Александр Григорьевич. Президент Республики Беларусь. В народе имеет прозвище Батька .

Берия понял, что вторая Аномалия в их мире действует.

Республика Беларусь. Административное здание в Минске, кабинет президента Лукашенко. Три часа спустя.

Заморозка Польшей экспорта нужных для Белоруссии товаров, очень тревожил Александра Григорьевича. Проблемы накатывались волной, похоже что вся Европа иже с ней Америкой еще больше ополчились на маленькую страну, которую так любил президент.

– Совсем совести у них нет, они же душат нас, - невольно вырвалось у него.

– Что простите?- переспросил у него его советник по безопасности Александр Авдеев присутствующий при просмотре служебной почты.

– Да все тоже, как не борись, а исход может быть только один, - устало потерев ладонью лицо, сказал Лукашенко.

Авдеев только было открыл рот чтобы ответить, как раздался стук в дверь.

Президент и советник удивленно посмотрели друг на друга, стука в дверь из них никто не ждал, для информации в приемной сидел секретарь, поэтому Авдеев настороженно поправив микрофон гарнитуры, вызвал старшего охраны. Но не успел он ответить на вызов старшего смены как дверь тихо приоткрылась и в кабинет вошел один из бойцов личной охраны.

– Александр Григорьевич, у меня для вас есть особо важные сведенья. Прошу меня выслушать.

– Такие важные, что вы приносите их лично? А как же секретарь?- удивленно спросил президент, мысленно лихорадочно пытаясь понять, что сейчас происходит.

– Эта не та информация что может быть передана через Пашу.

Александр Григорьевич и Авдеев, снова переглянулись.

– Ладно, выкладывай что там у тебя.

– Информация письменная, но что там я не знаю.