Насытившись, парень чуть не заснул прямо за столом, но, пару раз зевнув от сытости, сообразил, что и так привлекает к себе много внимания. Приметив, что после еды каждый из поевших собирает все на поднос и выбрасывает остатки в большой ящик на выходе, Серс сделал то же самое и застыл на месте, не зная, что делать дальше.

Впрочем, браслет на руке задрожал, привлекая его внимание, и Серс заметил, что указатель вновь замигал. Он привел его в комнату, где стояли кровати. Подвел к одной из них и погас. Стало ясно, что это место для ночлега…

Впрочем, долго спать не пришлось. Едва перевалило за полночь, как в помещении вспыхнул свет и чей-то голос прокричал приказание выходить на улицу. Там уже стояли большие самоходные повозки, в которые спешно грузились люди. Бывший студент сел на первое свободное место, и вскоре колонна двинулась в темноту с удивительной быстротой.

Потом был поезд. К удивлению Серса, его посадили не вместе со всеми в грузовую теплушку, а отправили в единственный пассажирский вагон, прицепленный сразу за локомотивом, где, проверив его жетон, привели на отведенное место. А потом была дорога и ночной разговор…

Поезд мчался быстро. Гораздо быстрее тех составов, которые раньше видел Серс. Без положенных для заправки топливом и водой остановок. Просто состав шел все дальше и дальше в пустыню.

К вечеру эшелон наконец замедлил ход. Серса еще трижды кормили такой же необычной, обильной едой. Он успел выспаться после бессонной ночи и с нетерпением ждал, когда же их привезут на место. И вот поезд замер у платформы. Всех выгрузили из вагонов и увели в яркий свет прожекторов.

Серс опять остался один, но ненадолго. Давешний чужак подошел к нему и велел идти за собой. Подведя парня к сверкающему металлом квадратному металлическому сооружению, ввел внутрь, усадил в мягкое большое кресло, затем пристегнул за талию широким ремнем и велел ждать. Еще через несколько минут в кабину набилось столько чужаков в разных одеждах, что кабина оказалась заполненной целиком. Даже рядом с Серсом сидел какой-то пришелец в невиданном доселе одеянии. Он было попытался начать разговор, но поскольку языка чужих Серс не знал, то из этого ничего не вышло. Затем загремел гром, сооружение затряслось, а потом Серс почувствовал, что оно двинулось!

Тогда он закрыл глаза и расслабился — его путь в Империю начался. И Серс сделает все, что потребуется, ведь он подписал контракт…

— Экипажу занять места согласно боевому расписанию! Начать расконсервацию систем. Старшему офицеру принять посты, доложить о готовности. Штурман — начать загрузку корабельного компьютера.

Коробка, в которой по-прежнему стояли члены его команды, как и на поверхности планеты, мгновенно рассыпалась, но топота ног не было слышно — по старой традиции обувь на кораблях изготавливалась бесшумной. Лейтенант провел рукой по отделанной мягким, прогибающимся под нажатием пластиком панели главного пульта. Пока еще мертвой. Но… Вот моргнул первый индикатор, второй, и уже целая россыпь огоньков сияет перед ним. Засветилась первая клавиша сенсора, вторая, ожила и засияла фиолетовой подсветкой голопанель. Подал сигнал готовности наушник системы связи. Лейтенант протянул руку и надел тончайший поводок за ухо. Вспыхнула перед глазами полупрозрачная панель голографической проекции. Значит, компьютер ожил. Местоопределение — принято. Идентификационный код — введен и принят.

— Командир, все системы в норме. Никаких происшествий. Десять минут до полной готовности.

Старший офицер. Только он может в данную минуту связаться с командиром. Доклады с остальных постов идут к нему, а уже потом старпом решает, что в компетенции командира, а что — в его, отсекая ненужное и лишнее. Хороший старший офицер — половина успеха экипажа. Серс задумчиво улыбнулся и вывел на свой монитор списочный состав экипажа.

— Компьютер, произвести разбивку в алфавитно-национальном порядке.

— Конкретизируйте задачу, командир.

— Приоритет — национальности членов экипажа. Затем — каждую в алфавитном порядке.

— Понял. Исполняю…

Так. С этим повезло. Только свои. Никого из чужих нет. Значит, опять деление по национальному признаку. Чисто имперские либо чисто тевтонские или фэллийские экипажи. Тем лучше. В горячке боя всякое может случиться. Так что — от греха подальше.

— Командир, штурман принял маршрутную карту.

— Проложить курс. Запрос диспетчерам.

Старпом склонился над своим переговорником. Торопливо набивает позывные. Надо ему сказать, чтобы дал команду переделать кресло под свой рост. Неудобно. А в сражении доли секунды решают очень многое. Выпрямился, по неискоренимой привычке обернулся в сторону кресла лейтенанта.

— Командир, диспетчеры дали коридор.

— Что с двигательным?

— Разогрев генераторов — пятьдесят шесть процентов.

— Можем начать движение?

Короткий запрос и утвердительный кивок.

— «Дед» говорит, что остаток как раз наберем к выходу из системы.

«Дед» на флотском жаргоне — главный корабельный инженер. Ну с Богом, как говорится! Руки рулевого ложатся на облитые губчатым пластиком рукоятки тяги. Смотрит выжидающе. Легкий писк сенсорного переключателя.

— Внимание, экипаж! Начинаем первый выход. Малая тяга три четверти! Штурман, ввести координаты прохода!

— Икс — 0,075. Игрек — 2,4. Зет — 6,23…

— Коридор чист. Движение начато. Скорость растет!

— Вас понял.

Главный ключ извлечен из-за пазухи. Толстая, но прочная и одновременно легкая цепочка висит на шее. Командир никогда не расстается с ключом. Только убывая в отпуск, сдает его заместителю. Неплохо умеют работать имперские специалисты. Все в норме. Никаких сбоев. Здорово! Перехватив удивленный взгляд старпома, Серс сообразил, что последнее слово произнес вслух. Даже смутился, махнул рукой, мол, не обращай внимания.