Лишь бы Будеритч в день Страшного суда не имел при себе любовных открыток,а то бог еще, чего доброго, обвинит меня в смерти Будеритчихи.

Проходит два дня. Я слоняюсь повсюду как тень и почти ничего не ем. Наконец следует официальное сообщение: никто ее не отравил, и, стало быть, ее можно предать земле как обычную покойницу. В Шпрембергском вестникенапечатано, что Будеритчиха умерла по непостижимой воле божьей, но люди говорят, будто она умерла с горя, горе — это все равно что невидимый яд.

Все люди, которые торчали на лугу, когда вскрывали тело маленькой жены управляющего, исправно являются к погребению.

Каретник Шеставича говорит:

— Покойница-то не проштая.

А Франце радуется, потому что все женщины гладят его по голове и говорят бедный мальчик,а не проклятый сорванец,как обычно.

Женщины желают выяснить, как будет себя вести Будеритч, будет взаправду плакатьили только делать вид.Некоторые даже надеются, что во время этих необычных похорон что-нибудь приключится.

Я иду в первых рядах погребальной процессии, поскольку нашу кобылу тоже запрягли в катафалк. На ней черная бархатная попона, которая покрывает даже голову и уши, только хвост торчит сзади, а для глаз проделаны две дырки. Дедушка ведет ее под уздцы. С другой стороны вышагивает горшечник Тинке и ведет свою лошадь, тоже укрытую попоной. Наша кобыла делает вид, будто впервые меня видит, но это ей не поможет, я все равно узнаю ее по копытам.

Управляющий Будеритч плачет. Все мужчины плачут, когда у них умирает жена. Управляющий подходит к яме и бросает на крышку гроба три пригоршни желтого песка и говорит:

— Подожди, мать, я скоро к тебе приду.

Раздается вопль. Это вопит маленькая Мойкинша. До сих пор она стояла, укрытая ветками сиреневого куста. Теперь она мчится прочь, а люди начинают петь.

Люди говорят: мертвым гнить, живым жить. Вскоре после похорон петритчева Фрида рожает мальчика и называет его Хендриком. До сих пор в Босдоме никого не звали Хендриком, если не считать одного разносчика, который какое-то время регулярно наведывался в деревню, а потом вдруг бесследно исчез.

Проходит еще время, и маленькой Мойкинше попадает в правый глаз щепка, когда она колет дрова. Ее отвозят в больницу, делают ей операцию, но, когда она снова приезжает домой, оказывается, что она ослепла на правый глаз, и теперь ей надо поворачивать голову направо, чтобы увидеть левым глазом правую часть своей кухни. То же и во дворе, ей вечно приходится поворачивать голову направо, все направо и направо, а мир она составляет теперь из двух отдельных половинок, от этого она перенапрягает свой левый глаз, и он тоже слепнет.

— Это ее бог за грехи наказал, — судачат деревенские бабы.

Когда ферейн справляет какой-нибудь юбилей, в зале у Бубнерки танцуют те, кто постарше, даже женатые. А Мойкинша не может больше ходить на танцы. «Отведите мене под окнам», — просит она. Под окнам— это у нас в степи означает вот что: человек снаружи, со двора, смотрит на танцы через окно. Под окнамторчат школьники постарше, хотя, если их застукает Румпош, им не поздоровится. Под окнамстоят также и женщины, у которых больше нет кавалера, либо те, которые сильно припозднились, задавая корм скотине, а потом уже не захотели намываться да причепуриваться. Мужчины под окнамникогда не стоят, их место возле стойки.

И вот, стало быть, слепая Мойкинша:

— Отведите мене под окнам.

— Нам нельзя под окнам,тетя Мойкинша, учитель забранит.

— А любовь к ближнему? — спрашивает Мойкинша.

И мы ведем ее под окнам.

Свет падает на ее закрытые глаза.

— В зале-то небось светло, — говорит она, — а дядя Будеритч с кем оно это танцует?

— Дядя вовсе и не танцует, дядя еще наливается.

Пусть вас не удивляет ничего не значащее «оно», которым мы здесь, в степи, привыкли уснащать вопросительные предложения: «А кто ж оно это к нам пожаловал?», «А где ж оно это живет колдунья?» Интересно, удастся ли когда-нибудь выяснить, почему нижнелаузицкие полусорбы так говорят?

Еще немного погодя Мойкинша опять спрашивает:

— А с кем оно это танцует дядя Будеритч?

— С черной Ханкой он танцует, — отвечаем мы. Черная Ханка работает в имении погонщицей волов. Собой она ни хороша и ни дурна, волосы у нее черные, глаза карие, и еще она может в один вечер любиться с тремя мужиками, как утверждают люди.