– Этих тоже пропускаем.

Туго придется второму эшелону, если эсэсовцы успеют схватиться за пулеметы. Но и открывать раньше времени свою позицию нельзя: танки – вот сейчас главная цель!

Мотоциклисты проехали в каких-то сотне метров от замаскированной аркабаллисты. Не заметили… Рокот «цундаппов» стих.

Зато… рокот, лязг… На узком взгорье появились панцерваффе ливонско-фашистской ударной группы. Первый танк выскочил из низинного леса лихо и шустро. «Лухс»! «Рысь»… Старый знакомый.

Сыма Цзян напрягся.

– Погоди, отец, – шепнул Бурцев, – пусть выползут остальные.

Выползали… Еще одна «рысь». А это… Ух, ты, да никак «пантера»?! И знаменитый «тигр» тут же?! Ну прямо военный парад Третьего рейха! Вот с тех двоих, пожалуй, и нужно будет начать.

Вокруг танков вились еще четыре мотоцикла: два на флангах, два прикрывали тыл. Солидно, ничего не скажешь.

– Куда моя стрелять?! – запаниковал китаец.

– Самого большого, самого последнего отсюда достанешь?

Самым большим и последним был «тигр».

– Моя доставать! – возмутился китаец. – Моя даже самая последняя и самая маленькая доставаться.

Нет, мотоциклистов пусть достают лучники Бурангула.

– Не надо маленькая, Сема, сейчас надо только большая. Понял?

Китаец нервно кивнул:

– Моя понимать! Большой ну для большой железный телега.

Он уже выцеливал из станкового арбалета грозную машину. Платформа на салазках шевельнулась. Упругие изогнутые дуги с натянутой тетивой разворачивались вслед за «тигром». Хорошее дело – легкий в управлении поворотный механизм самострела. Без него фиг навел бы Сыма Цзян свой «гранатомет» на движущуюся мишень.

– Постарайся попасть в заднюю часть, – посоветовал Бурцев. – Там… Ну, в общем, там латы не столь прочны.

Звона спущенной тетивы за грохотом танковых двигателей и лязгом гусениц он не расслышал. Вышвырнутая из кустов ручная граната мелькнула лентами стабилизатора над касками мотоциклистов – те и заметить ничего не успели.

Взрыв.

– Партизаны!

Беспорядочная стрельба…

И все же Сыма Цзян малость не рассчитал. Раскрывшийся стабилизатор чуть-чуть пригасил скорость снаряда, сбил высоту. Граната пошла слишком низко и ударила не в корму, а… На мгновение Бурцеву показалось, будто она упала рядом, не причинив вреда бронированной машине: танк продолжал движение. Но проехал всего несколько метров. Потом «тигр» закружился на месте, волоча за собой сорванную гусеницу. Встал…

К этому моменту бой шел вовсю. Лучники Бурангула обрушили смертоносный град на мотоциклистов сопровождения. Рассыпанные повсюду – в одиночных снежных норах, за густыми кустами, за древесными стволами, татары поднимались из-за укрытия, почти не целясь – навскидку – пускали стрелы, прятались снова, опять натягивали лук, поднимались, стреляли… Одни прячутся, другие вскакивают. И попробуй угадай, где появится очередной татарский ванька-встанька, откуда прилетит очередная оперенная смерть.

Экипажи фланговых «цундаппов» даже не рыпнулись: в считанные мгновения самих фрицев и их «малых ашдаха» утыкали длинные стрелы. Задние мотоциклы успели укрыться за броней «тигра» и «пантеры». Начали отстреливаться. Пока, правда, беспорядочно, вслепую. В отдалении запоздалым эхом отозвались «MG-42» пропущенных вперед разведчиков: авангард цайткоманды и ливонские рыцари тоже напоролись на засаду.

Зарокотали танковые пулеметы. Вздыбили землю и снег скорострельные пушки «рысей». Ударила «пантера». Обездвиженный «тигр» ворочал башней, выбирая подходящую цель.

Бурцев торопил, матерясь: надо быстрее перезаряжать бесшумное орудие и бить, бить, пока фашики не распознали, откуда исходит основная опасность. Дмитрий со Збыславом запыхтели. Вороты аркабаллисты завертелись, как безумные. И вот снова согнуты упругие рога огромного лука, снова натянута тетива.

Бурцев осторожно вложил гранату.

– Куда? – крикнул Сыма Цзян.

Теперь-то в этаком грохоте можно и не таиться,

– Туда! – Бурцев указал на «пантеру».

Бронированная немецкая кошка как раз подставила свой тыл. И получила та-а-акой пинок под зад! Сыма Цзян учел предыдущую ошибку – взял чуть повыше. Вторая граната упала точнехонько на баки и двигатель. Бензиновый, между прочим: соляру заливать в свои танки гитлеровцы так и не научились.

Еще взрыв – осколки накрыли один из уцелевших «цундаппов». Мотоциклисты, искавшие спасения за «пантерой», стали ее жертвой. Пробитая корма танка задымилась, заполыхала… Жаль, наслаждаться этим зрелищем было некогда.

Збыслав и Дмитрий в третий раз натягивали толстую тетиву гранатометного арбалета. Бурцев поставил очередную гранату на боевой взвод, уложил в выемку бегунка, глянул в снежную бойницу. «Пантера» горела вовсю. Выскочившие из пылающего ада танкисты неподвижно лежали у гусениц. В каждом – по две-три стрелы. На одном занимался огнем черный промасленный комбинезон.

Грохот… Оглушительный грохот. Внутри горящего танка рвались боеприпасы. Раз, другой, третий… Башня «пантеры» отделилась от корпуса, приподнялась в облаке дыма, перевернулась, грузно повалилась вбок.