Только последний долго не отводил взгляд. Он даже нахально протянул руку вперед, схватил за плечо, стал трясти и что-то орать…

– Товарищ лейтенант, проснитесь!.. Товарищ лейтенант. Вас к аппарату. Дежурный вас требует.

Лейтенант сел на кровати и начал остервенело мотать головой, прогоняя сон… Затем он встал и в одних трусах, босиком поплелся по коридору общежития.

К телефону он уже подходил строевым шагом. В трубке звенел бодрый голос его сослуживца, тоже лейтенанта НКВД, Сереги Корнева:

– Ты что, Тимофей Иванович, опять вчера до утра работал?

– Ну?.. Дал бы поспать, Ирод.

– А ты, Тимоша, на меня не злись. Майор нас с тобой через час ждет… Опять троих взяли.

Майор Андрей Скорин только что отложил прошлогодние годовые отчеты. Он и так почти все помнил, но для уверенности нужны были точные даты и цифры.

Сейчас он молчал, подбирая правильные слова… Он не мог держать это в себе, но и не хотел идти против линии партии и «распространять панические слухи».

Два лейтенанта спокойно ждали начала разговора.

– Ночью взяли трех диверсантов… Курсанты помогли. Решили перед выпуском устроить ночной заплыв в Учкуевке, а тут на надувной лодке плывут… У курсантов это, конечно, самоволка, но я просил морячков не наказывать. Тем более что у них трое раненых… Печально все это. Настораживает!.. Как ваше мнение, Корнев?

– А что тут печального, товарищ майор? Задержали врагов – это же подвиг. А самоволка это так, проступок. Я сам в свое время бегал.

– Я не об этом… Вот они, отчеты, лежат. Сколько мы таких субчиков в прошлом году захватили?.. Всего девять! Да и половина из них не очень явных… А в этом году? С этими последними уже семнадцать будет. Полгода еще не прошло, а уже семнадцать!.. И почти все в мае и июне. Что скажете?

– Товарищ майор, так вы думаете, что скоро…

– Ничего я такого не думаю. Но и просто так ничего не бывает… Одним словом, когда допрашивать начнете – не упустите самого главного… Значит, так, я беру на себя Хмурого. Он у них старший. Видел я его: у него что фамилия, что морда. Хмурый, одним словом… Так, есть среди них одна девушка – это по твоей части, Корнев. Забирай!.. А тебе, Тимофей Иванович, самый разговорчивый. Он уже все про себя выложил – бывший врангелевский подпоручик… Завтра воскресенье? Давайте так, в тринадцать часов собираемся у меня. Обсудим все – и тогда отдыхать.

Перед допросом Тимофей Иванович разложил на столе всё изъятое у бывшего подпоручика… Оружие, два мощных фонаря, деньги, карты Севастополя с отметками в районе важных объектов, документы, клеенчатую тетрадь.

Именно тетрадь Тимофей пролистал первым делом… Старый личный дневник какого-то адвоката Логиновского.

Первые записи за сентябрь 1920 года… Севастополь, Ялта, опять Севастополь. Подробности любовных свиданий, размышления о погибшей России.

Всё старье и чушь!.. Зачем только надо было диверсанту тащить это с собой?

…Всем своим видом арестованный показывал, что готов отвечать на любые вопросы… Но лейтенант не торопился.

Всему свое время!..

– Это твои документы?

– Да-да, мои.

– Значит, что ты Рогов Николай Львович?

– Никак нет!.. Я – Розанский. А эту фамилию мне придумали там… Имя и отчество оставили, а фамилию придумали.

– Где?

– В школе, под Варшавой… В разведшколе.

– До школы мы еще дойдем… Давай пока с самого начала. Ты где у Врангеля служил?

– В контрразведке… Но ничего такого!.. Я, как и вы, следователем был.

– Совсем одурел Розанский! Сравнил божий дар с яичницей. Мы про ваши белые застенки все теперь знаем, как вы наших отцов пытали… Ты, когда в Стамбул убежал, тоже у них продолжал служить?.. Небось, у Кутепова?

– Нет! И не пытал я никого… И не с ними я уплыл. И совсем не в Стамбул. Я один уплыл в Варну.

– А дальше?

– Знал немножко немецкий. Обосновался в Австрии, купил дом, магазинчик держал, женился, детей завел… Потом немцы пришли. Присоединили Австрию – аншлюс называется.

– Знаю! Я уже три года немецкий учу… Давай дальше!

– Я надеялся, что меня не тронут… Меня взяли только в январе. В этом январе… Что я мог сделать? У меня там семья осталась…

Лейтенант встал, задернул плотные шторы, включил настольную лампу и направил ее в лицо Розанскому.

Безотказный прием!

– Так, Розанский… Значит, не пытал, не грабил?! А потом в Австрии дом купил? Да еще с магазинчиком?.. Откуда денежки? На пляже нашел?

– Это же самое главное, гражданин следователь… Есть очень много денег. Чемоданы, десятки чемоданов… Вы эту тетрадку еще не читали?