– Давай будем рвать, – согласился друг. Он встал за спиной подруги, упёрся подбородком в её плечо, протянул руки к столу и взял из упаковки большой лист салата. Люся, смеясь, положила сверху ладони, и в четыре руки они молниеносно изорвали этот лист в лохмотья. Потом конечно же начали целоваться и едва не спалили яичницу.

– Нет, сначала всё-таки поедим, – сказал Борис, с явным сожалением отрываясь от подруги. Глаза у него были пьяные. – Иначе я умру с голоду…

Усаживаясь за стол, Люся напомнила себе, что необходимо закончить вечер в транспортабельном состоянии. Надо будет вызвать такси и уехать домой. Учитывая количество бутылок вина, заготовленных Борей, это будет не так-то просто осуществить. Но и оставаться в квартире до утра не входило в Люсины планы…

Она выросла в клоаке, и никто не обучал её женским премудростям. Мамаша не просыхала и частенько валялась на полу, оглашая квартиру пьяным храпом. Грязная, невменяемая, с сизым лицом… По ней ползали мокрицы. Вряд ли подобная личность могла привить дочери манеры истинной леди.

Но Люся постепенно сама всё уяснила. Когда она среди ночи, порой прямо под утро, отправлялась домой на такси (не внимая просьбам любовника остаться) – это было одно. А когда встречала утро с мужчиной – совсем другое.

В первом случае она уезжала восвояси нарядная и красивая и проводила остаток ночи в комфортных условиях – своя зубная щётка, кровать, подушка. Во втором варианте присутствовала утренняя спешка, нервная суета накануне рабочего дня, опухшие после сна лица, неловкость и фальшь: совместный завтрак – прерогатива супругов, а не случайных знакомых…

Поэтому Люся вывела для себя правило: всегда уезжать домой, как бы ни был велик соблазн остаться.

…После второго бокала вина, набравшись храбрости, она сказала:

– Мне постоянно кажется, ты что-то недоговариваешь. Что-то от меня скрываешь…

– А-а, – засмеялся Боря. – Это опять рассуждение на тему «Качественные парни свободными не бывают»? Малыш, тебя мучают подозрения?

– Мучают, – призналась Люся.

– Возможно, ты и права.

– Как?! – оторопела от неожиданности Люся. – Я права?! Значит, ты действительно что-то от меня скрываешь?

– Может, и так. Скрываю.

– Но что?! Что-то страшное?

– Не страшное. Но и не совсем приятное, – нахмурился Борис. – Давай сейчас не будем об этом.

– Но я теперь умру от любопытства!

– Не умрёшь, – мягко улыбнулся Борис. – Чуть позже мы это обсудим. А сейчас предлагаю сменить тему. Разве нам не о чем поговорить?

– М-м… Да-а… – неуверенно пробубнила Люся. Она терялась в догадках, но не стала давить на партнёра. Решила не гнать лошадей…

Люся могла бы себя поздравить – её интуиция и проницательность заслуживали самой высокой оценки. Не зря нервничала, не зря с первой же встречи искала в парне тайный изъян. Да, Борис, действительно, что-то скрывал. И вот любовник почти созрел для признания.

Но что же он скрывает?

1. Он всё-таки не свободен. Где-то прячет семью – жену и двух детишек.

2. Ужасно болен – ВИЧ, гепатит, туберкулёз, системное аутоимунное заболевание.

3. Он бисексуал.

4. Играет в казино.

5. Занимается незаконными махинациями.

6. Шпионит в пользу американцев.

7. Ну что ещё?!

В два часа ночи после буйного секс-марафона Люся отправилась домой. Её любопытство так и не было удовлетворено, но она чувствовала – их с Борисом отношения поднялись на новый уровень. Возможно, ещё чуть-чуть, и он раскроет свою «страшную тайну».

Люся вспомнила, какую идею ей пыталась внушить подруга: возможно, тайна является страшной только с точки зрения самого Бори. А Люся воспримет её как милый недостаток партнёра.

Всё же она была неисправимой оптимисткой.

За уик-энд Даша совершенно освоилась в новом образе: она уже не вздрагивала, увидев в зеркале красавицу с гривой рыжих волос. И она снова была при деньгах – вскоре после их телефонного разговора Антон привёз увесистую пачку купюр. Он появился на пороге квартиры со скорбной миной, но едва увидел Дашу, как выражение оскорблённого достоинства на его лице сменилось гримасой крайнего удивления.