– Я предпочла бы есть всё, от чего моя кровь будет вызывать у тебя несварение желудка, - пробурчала я.

– Язвочка моя, - он довольно улыбнулся.
– Но боюсь, таким тебя кормить не станут. В общем, я тебя поставил в известность, а ты сама выбирай, что хочешь. Все твои желания будут исполняться.

– Ты главное кулон мне подари. Это моё самое главное желание, - сказала я, облизав губы и, взяв хлеб, стала намазывать масло, решив съесть ещё и бутерброд с икрой.

– А Библию к нему тоже принести? Или молитвы помнишь наизусть?
– ехидно спросил Красс и я замерла.

"Он догадался!" - пронеслось в голове.

– Аглая, радость моя, не получится у тебя заговорить кристалл, чтобы снимать внушение, - добродушно продолжил он.
– Ты у нас из десяти заповедей постоянно нарушала четыре. Например, третья - не произноси имени Господа твоего напрасно. А у тебя ведь одно из любимых выражений: "боже мой" или "о господи!". И четвёртая - помни день субботний, чтобы проводить его свято, а ты ведь писала в эти дни, то есть работала. Шестую заповедь, не убивай, ты вообще постоянно нарушаешь...

– Не понимаю, о чём ты говоришь, - холодно произнесла я.
– Ничего я заговаривать не собиралась. А если уж насчёт заповедей разговор пошёл, то убийство вампиров не считается грехом.

– Но дело даже не в предыдущих заповедях, - он широко улыбнулся.
– Седьмая заповедь и её постоянное нарушение делают из тебя грешницу и соответственно не дают божественной силы твоему слову. А именно - не прелюбодействуй. Её ты очень любила нарушать.

Услышав это, я почувствовала, как затряслись руки. "Вот гад! Сам же меня соблазнял и теперь я одна тут виновная во всех грехах!". Внутри как будто что-то перемкнуло, и не думая, я запустила в него столовым ножом, которым намазывала масло.

– Раз так всё плохо, я ещё раз с удовольствие нарушу шестую заповедь! Убью тебя, мерзавца!
– крикнула я.

– Нет, я предпочитаю продолжать нарушать седьмую заповедь, - он без труда увернулся от ножа и послал мне воздушный поцелуй.

– Ненавижу!
– вскочив на ноги, я выбежала из столовой, потому что аппетит полностью пропал.

Оказавшись в своей комнате, я села в кресло. Внутри всё кипело от ярости и хотелось дать ей хоть какой-то выход. Оглянувшись в поисках какого-нибудь предмета, чтобы разбить его, я поморщилась, потому что всё давно было или вынесено, или уничтожено. "Но я просто взорвусь, если куда-то не выплесну энергию!". Вскочив на ноги, я начала метаться по комнате и мне стало чуть легче.

"Хм, а что-то я давно не тренировалась. Так ведь можно и форму потерять. Красс естественно не даст мне тренироваться с холодным оружием, но физические тренировки не запретит. В конце концов, ведь не захочет он, чтобы моя фигура расплылась, и я стала похожа на желе".

– Позови сюда Красса, - приказала я вампирше.

Промолчав, она открыла дверь и передала мои слова своему напарнику, а потом снова замерла возле входа.

Ждать этого подлеца мне пришлось почти четыре часа, потому что оказалось, что он куда-то уехал. Внутри уже всё не просто кипело, а бурлило и клокотало, и я намотала по комнате не один километр, а закончилось всё головокружением и слабостью.

"Он специально изводит меня" - решила я, сев в кресло и чувствуя себя усталой, как после дня бега по горам. "А тренироваться надо обязательно. Раньше я так быстро не уставала. Хотя тут, скорее всего, дело в том, что Красс постоянно пьёт мою кровь. Не могла я за неделю потерять форму. Надо его как-то ограничивать, иначе, когда подвернётся удобный случай сбежать, у меня может не хватить сил. Вот только как его ограничивать?" - задумавшись, я тяжело вздохнула.

– Вот я и дома, - в комнату вошёл мой мучитель и кивнул вампирше, чтобы она вышла.
– Мне сказали, что ты хотела меня видеть. Я рад этому, - он тепло улыбнулся, держа руки за спиной.
– Но прежде чем ты скажешь причину, хочу кое-что вручить тебе.

Подойдя к креслу, он протянул ко мне руку, и я увидела большую плоскую коробочку с логотипом дорогой ювелирной фирмы.

– Я решил, что кулон это скучно, поэтому купил тебе колье. И не с хрусталём, а с бриллиантами, - сказал он и открыл коробочку.

Внутри лежало изумительной украшение, и в первые секунды я слегка обалдела от блеска золота и сияния камней. А Красс тем временем вытащил его и, встав за спинкой кресла, попытался его одеть мне на шею.

– Не надо мне твоих подарков!
– прошипела я, вскочив на ноги.
– Сам носи эти цацки!

– Перестань, ты раньше любила такие вещи, - дружелюбно произнёс он и сделал шаг ко мне.

– Я много чего раньше любила! А сейчас мне это не надо. Тем более от тебя!

– Да? Значит, от меня тебе ничего не надо?
– в голосе начало проступать раздражение.
– А зачем же ты хотела меня видеть? Что-то всё же тебе нужно?

– Я хочу, чтобы ты оборудовал для меня спортзал. Мне необходимо следить за фигурой, - холодно ответила я.
– Или ты хочешь, чтобы я располнела?