– Выдал, - мрачно ответил он.
– Но сила привычки убивать людей собственными руками сильнее, да и желание поохотиться побеждает.

– А хольканы потом побеждают нас! За такие желания приходится платить собственной жизнью!
– холодно бросил я.
– В конце концов, если кто-то хочет драйва охоты, у вас масса людей, которых можно погонять, а потом убить. Хольканам нельзя давать ни единого шанса!

В этот момент, на экране холькан подбежав к человеку, схватил его за плечо и, подняв руку вверх, пристально посмотрел ему в глаза, что-то сказав. Затем резко развернулся и бросил в бегущего к нему вампира полиэтиленовый пакет с водой. Тот от удара в голову тут же разорвался и вампир, схватившись за голову, начал стягивать с себя защитную маску, чтобы избежать контакта со свячёной водой. Но та уже попала на кожу, а солнечный свет довершил своё дело и он стал покрываться язвами и ожогами, крича при этом.

– Этот идиот даже добежать не успел!
– презрительно бросил я, глядя на его предсмертную агонию.

– У хольканов хороший слух, - начальник снова начал оправдываться.
– И эту, кстати, мы чуть не схватили.

– Эту? Это что, баба?
– изумлённо спросил я.
– Нас, вампиров, что уже и человеческие бабы способны убить?!

Это был уже неслабый удар по нашему авторитету, и меня начала переполнять ярость. Хотя на самом деле мы никогда не знали, кто скрывается под маскировкой хольканов. Они одевались в свободные защитные костюмы цвета хаки и шапочки, которые скрывали их лицо, оставляя лишь прорези для глаз. Но сейчас получалось, что среди них есть и женщины. "Выходит, они расторопнее, чем мужчины, ведь женщин мы ещё ни разу не ловили".

– Да, баба, - ответил он.
– Сейчас один из вампиров попытается её схватить, но она увернётся и тот лишь сдёрнет с неё шапку.

В этот момент к ней бросились два вампира с разных сторон и она, как будто танцуя, увернулась от них, при этом на развороте снеся одному из них голову какой-то тонкой саблей.

– Хм, а двигается неплохо и саблей владеет хорошо, - морщась, признал я.

– Это ятаган. Оружие турецких янычар. При весе всего в восемьсот грамм имеет достаточно длинный клинок, около шестидесяти - семидесяти сантиметров. Да ещё и рукоятка сделана таким образом, что даже при рубящем ударе не даёт ятагану выпасть из рук. Считается неплохим колюще-режущее и рубяще-режущее оружием, - сообщил вампир.

– Да пусть хоть меч-кладенец будет у неё в руках, мне плевать! Это баба и она убивает наших...

Договорить я не успел, потому что второй вампир снова бросился в атаку, но она присела и нанесла ему режущий удар по животу. Тот успел схватить только кончик её шапочки, и по инерции двигаясь вперёд, стянул её с головы холькана и я узнал девушку. Это была Аглая. Внутри тут же всё оцепенело, и я замер, не веря своим глазам.

"Моя Аглая? Она холькан? Но как? Этого просто не может быть!" - это первое что пришло на ум. Но я тут же улыбнулся и понял что может. "Вот чертовка! Я же всегда чувствовал, что за привлекательным личиком, стройной фигуркой и озорным, ироничным характером есть что-то ещё! Не зря меня к ней влекло. И вот значит, чем она занималась в спортивном центре? Я-то думал, что она на фитнес или ещё какую-то другую ерунду бегает, чтобы поддерживать свои аппетитные формы, а она получается, занималась каким-то из боевых искусств? Этим долбаным ятаганом она умело крошит всех налево и направо. Да и почему бы ей не быть хольканом? Внушению ведь она не поддаётся".

– Выйдите все!
– приказал я, желая ещё раз в одиночестве посмотреть запись.

Уже через секунду помещение освободили и, вернув запись на начало, я прилип взглядом к монитору, внимательно следя за ней. "Ммм, крошка, ты уж если чему-то отдаёшься, то полностью. В постели была страстной любовницей, с недругами язвительной стервочкой, с острым, как бритва языком, а в бою оказалась опасной, безжалостной противницей. Ты меня заводишь до сих пор" - подумал я и ощутил лёгкое возбуждение, потому что глядя на Аглаю всегда испытывал желание.

Остановив запись на моменте, где она, уже без шапочки, повернулась лицом к камере, я притронулся к монитору пальцами, вглядываясь в знакомые черты лица. "А ты изменилась, моя плутовка... Или я просто никогда не знал тебя с такой стороны? Хоть ты и заставила меня за тобой побегать, но всё же была ласковой и податливой. А здесь ты похожа на растрёпанную, злобную кошечку с острыми коготками, которую я бы с удовольствием приласкал". На стоп-кадре Аглая застыла в момент нанесения удара очередному вампиру, и её лицо было перекошено яростью, но даже в таком виде она выглядела очень привлекательной, и мне казалось, что я слышу её рык. "Хищница моя, зря ты от меня сбежала. Теперь, когда я знаю, что ты жива, я землю переверну и обязательно тебя найду, чтобы вернуть туда, где тебе самое место, а именно в мою постель. И плевать, что ты не поддаешься нашему внушению. Я тебе не раз говорил, что ты моя, а значит, так и будет, независимо от того, хочешь ты этого или нет! Отказов я не принимаю".

Встав, я вышел в коридор, где стояла вся смена диспетчеров видеонаблюдения с начальником охраны, и произнёс:

– Как стемнеет, отправляйте команды на поиск беглецов. Я хочу, чтобы эту девицу доставили ко мне живой и здоровой! Если хоть один волосок упадёт с её головы, я собственноручно спущу шкуру с виновника, и выброшу его на солнце!

– Но хольканы всегда разделяются, когда уводят людей, и в каком направлении ушла именно эта баба мы не знаем, - сказал начальник.
– У нас город небольшой и хольканы наведываются очень редко, поэтому всего две команды...

– Мне плевать сколько у вас команд! Чтобы завтра к рассвету она находилась здесь, иначе искупаю всех в собственной крови, - властно заявил я и, развернувшись, пошёл в приготовленную для меня комнату.

Для главного здания, где располагались наши основные службы слежения за людьми, и где проживал наместник города со своими приближёнными, мы всегда выбирали гостиничные комплексы, чтобы можно было, и проживать в них, и нужных людей держать, и разместить подчинённых. И в каждом из таких комплексов для меня были обустроены апартаменты. И хотя в Североуральск я наведался впервые, всё равно знал, куда мне идти, потому что люди не отличались особой фантазией и в маленьких городах строили типовые гостиницы, и соответственно, типовые номера.