— Ты знаешь, о чём я говорю! — возмутился я. — Он подразумевал, что я должен потом идти в Тредегар. Он пообещал там насчёт меня уладить. Думаю, он хотел, чтобы я привёл тебя на конвокс.

— На случай, если я додумался до чего-нибудь полезного касательно Геометров, — предположил Ороло.

— Да, для того-то и конвокс, — напомнил я. — Чтобы мы могли принести пользу.

Ороло пожал плечами.

— Боюсь, у меня недостаточно данных касательно Геометров.

— В Тредегаре будут все полученные на сегодня данные.

— Вероятнее всего, данные-то собирают как раз не те.

— Так идём туда, скажи, что надо собирать! Фраа Джаду нужна твоя помощь.

— Для таких, как я и фраа Джад, попытки сдвинуть чудовищную секулярно-матическую махину под названием «конвокс» сильно отдают политикой, в которой я исключительно не силён.

— Так давай я попытаюсь! Расскажи, чем ты занимался, а я пойду на конвокс и поищу способ, как это использовать.

Взгляд, которым наградил меня Ороло, наиболее мягко описывается сочетанием: «любящий, но встревоженный». Ороло ждал, когда я сам осознаю глупость своих слов.

— Ладно. Не я один. С помощью других. — Мне вспомнился разговор с Тулией накануне элигера.

— Я не могу тебе советовать, что делать на конвоксе, — сказал он наконец. — Однако я охотно расскажу, чем занимаюсь.

— Ладно.

— Тебе это на конвоксе не поможет — даже скорее будет во вред. Потому что покажется бредом сумасшедшего.

— Отлично. Я привык, что меня считают сумасшедшим за веру в ГТМ!

Ороло поднял бровь.

— Знаешь, наверное, то, о чём я собираюсь говорить — меньшее сумасшествие. Но ГТМ, — он кивнул в направлении раскопа, — привычная и любимая форма сумасшествия.

Он помолчал, потом вновь взглянул на меня.

— С кем ты говоришь?

Я так растерялся, что мгновение соображал, правильно ли расслышал вопрос.

— С Ороло.

— Что такое Ороло? Если бы Геометр высадился здесь и вступил с тобой в разговор, как бы ты описал ему Ороло?

— Как человека: очень сложную, двуногую, тёплую одушевлённую сущность, стоящую прямо здесь.

— В зависимости от своего восприятия Геометр может ответить, например: «Я не вижу ничего, кроме вакуума с редкой дымкой вероятностных волн».

— Ну, «вакуум с редкой дымкой вероятностных волн» — точное описание почти всего во вселенной, — заметил я. — Так что если Геометр не способен распознавать объекты как-нибудь получше, то вряд ли его можно считать разумным существом. В конце концов, раз он со мной разговаривает, значит, он в силах воспринять меня как…

— Не торопись, — сказал Ороло. — Допустим, ты говоришь с Геометром, нажимая кнопки на жужуле или ещё как-нибудь. Он знает тебя только как цепочку цифр. И тебе надо при помощи цифр описать Ороло — или себя — так, чтобы он понял.

— Ладно, я договорюсь с Геометром о способе описывать пространство. Потом скажу: «Рассмотри объём пространства примерно шесть футов высотой, два шириной и два в глубину в пяти футах перед моим местоположением. Внутри этого объёма вероятностные волны, которые мы называем материей, гуще, чем за его пределами». И так далее.

— Гуще, потому что в этом объёме много мяса, — сказал Ороло, похлопывая себя по животу, — а снаружи только воздух.

— Да. Всякое разумное существо должно различать границу мяса и воздуха. То, что внутри неё — Ороло.

— Забавно, что ты так много знаешь о способностях разумных существ, — заметил Ороло. — Ну ладно… а как насчёт этого? — Он приподнял край стлы.

— Точно так же, как я могу описать границу мясо-воздух, я могу описать разницу между стлой, мясом и воздухом, а потом объяснить Геометру, что Ороло замотан в стлу.

— Здесь ты делаешь допущения! — укорил меня Ороло.

— Какие?

— Предположим, Геометр, с которым ты говоришь, воспитан в том, что у его цивилизации соответствует булкианству. Он скажет: «Погоди, ты не можешь на самом деле знать, ты не вправе делать такие допущения о вещах в себе — только о своём восприятии».

— Верно.

— Так что ты должен переформулировать своё высказывание в терминах данных, которые у тебя и впрямь есть.

— Ладно. Вместо того, чтобы говорить: «Ороло завёрнут в стлу», я скажу: «С того места, где я стою, я вижу по большей части стлу, из которой выступают части Ороло — руки и голова». Но я не вижу, чем это важно.