На губах - приветливая улыбка, мысли - далеко отсюда, уже на свадьбе сестры.

Стефания опасалась, что племянник приехал не просто так, а чтобы приглядеть за ней. Мальчишка - но ведь мужчина. Она ведь не раз заводила разговоры о предстоящей поездке, но виконт отмалчивался. А уж когда узнает, что жена в тяжести, и вовсе запрёт.

О своей беременности Стефания пока не говорила: собиралась сделать это, когда они пересекут границы Атвера, но, похоже, горничная догадывалась, а вместе с ней и слуги. Оно и немудрено: кто меняет ей простыни? Лишь бы только виконту прежде неё не сообщили!

Сигмурт тоже предполагал - сама же призналась, хоть и не с полной уверенностью, - но молчал, временами вопросительно посматривая на невестку. А она и не подтверждала, и не опровергала, обходя этот вопрос молчанием.

Овмен казался ей неподходящим местом для ребёнка: слишком холодно и мрачно, но нужно было и здесь отыскать комнату для детской и заняться её обстановкой. Стефания уже придумала, чем велит обить её, какой ковёр постелить, каким пологом накрыть колыбельку. Решила выбрать нейтральный цвет, чтобы не пришлось менять после рождения младенца. Но, разумеется, как и мужчины, Стефания хотела мальчика, наследника. Так она выполнит своё долг, так её не в чем будет упрекнуть, да и защитник ей вырастет. Наверное, тоже синеглазый, как Сибелги… Только вот кто его отец?

Стефания пыталась подсчитать, но ведь два месяца назад она была близка с обоими братьями, поэтому решила, что ребёнок от мужа: так проще для её совести. Сердце в этом вопросе не было указчиком и предательски молчало, опровергая постулат о том, что женщина всегда знает, от кого зачато дитя.

Но, если родится мальчик, она скажет Сигмурту, что он его сын: нужно же освободиться от долга? И, признаться, он был бы лучшим отцом и мужем. Пусть думает, что брату наследует чужой ребёнок, доказать всё равно не сможет. Да и есть ли, что доказывать? Если считать, что сроку два месяца или чуть больше, то ребёнок от Ноэля.

Наконец входная дверь закрылась, и Стефания вздохнула с облегчением.

– Добро пожаловать!
– вальяжно произнёс виконт.
– Надеюсь, сестра в полном здравии?

– Благодарение богу! Долгих вам лет жизни, дядя. И вам, дядя Сигмурт, - Вестар по очереди отвесил неглубокий поклон обоим. Потом настала очередь Стефании.
– Полагаю, вы леди Стефания?

– Был бы на свадьбе - знал, - буркнул Ноэль.
– Да, это твоя тётка. Не стой столбом, докажи, что тебя хоть чему-то учили.

Слегка смутившись, юноша подошёл к Стефании и склонился над её рукой, пробормотав что-то о том, как он рад с ней познакомится. Она ответила коротким: 'Взаимно, сэр Ойгмар' и велела слуге забрать верхнюю одежду племянника.

От двери до ног Вестара тянулся мокрый след, а у лестницы и вовсе образовалась лужица. Ничего, пока они обедают, прислуга всё уберёт.

До чего же, однако, на редкость пакостная погода! Ни проблеска голубого неба, ни лучика солнца - один этот ветер и снег. И так промозгло, что в муфте руки мёрзнут. А ведь уже первая неделя марта, пора бы зиме отступить. Но здесь, в земле Атвер, она зубами держится за свои позиции, не желая отдавать ни дюйма.

И птиц не видно. В Грассе в марте уже появлялись птички, заводили свои трели по утрам, вместе с горожанами радовались солнышку, понемногу растапливавшему снег. Тут же одни неприкаянные души на кладбищах ветру подвывают, рвутся вместе с ним в комнаты. И грелка не помогает, нужно хотя бы три, чтобы зубами не стучать. Помнится, как-то Стефания и вовсе, завернувшись в полушубок, спала.

Сквозняки тоже безбожные - иногда свечи задувает.

Только собакам виконта хорошо, всё нипочём.

Без меховой куртки и шапки Вестер оказался ещё тоньше, будто девушка. Глаза не сибелговские, карие, а вот чертами лица похож. Борода только-только начала расти, даже не борода, а детский пушок, такой и брить не нужно. Дяди шутили, называли его молокососом: 'А кто ж ты есть, если у брадобрея не бываешь?', на что юноша с жаром возражал, что он мужчина.

– Ой ли?
– смеялся Ноэль.
– А если проверю?

– Как это?
– недоумённо глянул на него племянник. И не только племянник - возможный наследник, если сыновей не будет. Правда, было одно 'но': против него работал закон старшинства. Вот если бы Сигмурт был моложе…

– Зверя хоть одного завалил? Крови не боишься?

– Не боюсь! Я зайцев травлю.

– А с женщинами как? Или ангелок пока? Ты, - виконт обернулся к Стефании, - заткни уши, если скабрезности не по душе. Вестар не девчонка, чтобы слова подбирать.

– Да вы и с женщинами не подбираете, милорд, - улыбнулась его супруга.
– Что до ваших слов, то, по-моему, они больше смущают вашего племянника, нежели меня. По-моему, не самая удачная тема для разговора.

– Что ж, предоставляю вести беседу вам. Надеюсь, Вестар произведёт на вас благоприятное впечатление.