— Ровно дюжина…, включая проповедника.

Блейн сжал губы с досадой.

— Я посчитал проповедника за оборотня.

Глаза Кона расширились.

— Я не был достаточно близко, чтобы проверить.

— Он пожал тебе руку, — сухо сказал Блейн.

— Это был проповедник?, — неловко спросил Кон. — О, да. Я насчитал дюжину, исключая проповедника.

Блейн сердито зарычал.

— Я тоже не смотрел, проклятье. Мы должны оставаться здесь, пока они не выйдут.

— Вот дерьмо!, — Кон воскликнул с отвращением. — Я голоден. Я чертовки не хочу ждать, а затем считать их до ужина, когда проповедник выпустит их.

— Это верно, — сказал Блейн глубокомысленно. — Черт! Давай войдем и пересчитаем внутри. Мы могли пропустить кого-то. Когда дерьмо попадет на вентилятор, все равно они узнают об этом по любому.

Они встретились с Ксавье, Джаредом и Дакотой, как договаривались, через полчаса. Дакота, которому выпало следить за самой маленькой церковью, ждал когда они прибудут. Ксавье и Джаред пришли вскоре после них.

— Я насчитал тридцать пять, — сообщил Дакота, когда официантка приняла заказ и ушла снова.

— Сорок-пятьдесят, — сказал Джаред.

Блейн посмотрел на него.

— Что? Они нихера еще не изменялись. Вы знаете не хуже меня, что запах еще не так силен, пока они не изменились. К тому же оборотни, трущиеся среди людей, путают следы запахом.

— Можно было подойти ближе, если ты был не уверен, — указал Блейн. — Кон и я насчитали сорок восемь точно.

Джаред и Ксавье взглянули на него с упреком, но проглотили свои возражения.

— Так, мы говорим о возможной сотне. Сколько жителей в этом городке?

— На знаке при въезде в город написано, что в пределах тысячи, но как по мне, это устарелые данные. Я считаю, что с годами количество уменьшилось, с тех пор как были написаны те данные, но это только предположение, — сказал Блейн.

— Это просто догадка, — сказал Джаред с отвращением. — Так показалось мне, еще в церкви. Половина мест были пусты, и мы не знаем, нормально это или нет.

— У меня тоже самое. — Вставил Дакота. — Хотя, все были какими-то возбужденными. Я думаю, что многие остались дома, потому что знают, что что-то происходит, даже если не могут понять что именно.

Блейн усмехнулся.

— Это может объяснить пустынные субботние улицы, когда они наоборот должны быть забиты народом. Так что пока мы рассчитываем в пределах ста, которые не были заражены, возможно, их больше, но они слишком напуганы, чтобы выйти. Все происходит именно так, как и боялся совет, люди не должны знать о вулфенах или оборотнях, мы должны придумать что-то, чтобы они верили в ложную безопасность и продолжать защищать не инфицированных.

— Биологическая опасность?, — немного неуверенно спросил Джаред. — Я не уверен, что можно убедить в этом людей в таком месте.

Блейн удивленно посмотрел на него, но он рассмотрел достоинства этого предложения.

— Я могу гарантировать, что они не настолько отрезаны от мира, чтобы не слышать о террористах, — парировал Блейн. — В это будет легче поверить, чем в правду, но я сомневаюсь, что они ощущают себя достаточно значимыми, чтобы быть целью. Кроме того, этим можно будет объяснить некоторые странные вещи, которые они заметили — что многие люди ведут себя «необычно».

— Это может создать панику, — сказал Дакота. — Нельзя ли как-нибудь «потише».

— Мы уже согласились, что нет никакого способа уладить все тихо, как хотел совет. Их слишком много. Если мы будем осторожны, то сможем сдерживать панику только здесь, тем не менее, я думаю, что это хорошо послужит целям совета, даже если выйдет из-под контроля. Они будут довольны, что история не имеет никакого отношения к вулфенам, — сказал Блейн.

— Вспышка какой-нибудь редкой болезни или загрязнение подземных вод вызвало бы меньше шума, — сказал Ксавье.

Блейн пожал плечами.

— В действительности, мы не должны говорить им, что мы ищем. Можем позволить их воображению сделать остальное. Нам нужно получить официальное разрешение, должностной автомобиль, специальные костюмы и оборудование, чтобы выглядеть достаточно убедительно, чтобы никому в голову не пришло нас проверять. Мы находим достаточно большое место, и надежное, чтобы охранять людей, «изолировать» надо всех не зараженных. После превращения мы сможем объяснить любую смерть, как результат бунтов, либо болезни.