И как тогда нам на это реагировать?! И в чем тогда суть игры под названием "упокойка"?

Есть такая композиция в стратегической теории игр. Если противник расставил определенные фишки определенным образом, то тебе гарантирована "хана". Сопротивляться уже бессмысленно. И в такой игре главное – не дать противнику расставить подобным образом фишки.

Наша игра состоит в том, чтобы фишки противника не были "втихую" расставлены так, чтобы для России внезапно возникла "хана". А игра под названием "упокойка"? У нее-то какие цели?

Часть седьмая. Выступление Путина в Мюнхене и реакции на него

Так были, все-таки, у президента России основания для тревоги, для мюнхенских заявлений об угрозах со стороны США и необходимости поиска Россией "асимметричных ответов"? После всего, что мы здесь разобрали, очевидно, что такие основания были. И основания очень и очень серьезные.

А каковы реакции?

Наблюдатели сообщают, что во время речи Путина в Мюнхене 10 февраля западные высокопоставленные лица (в том числе Роберт Гейтс и делегация конгресса США) "сидели с окаменевшими лицами". Что Ангела Меркель "отводила взгляд", а позднее неуверенно двинулась к выходу, выронив какие-то листы. Что Гейтс подчеркнуто углубился в свои записи и на заданный ему вопрос "хочет ли он ответить" – отреагировал отрицательно, только улыбнулся.

Основные реакции участников саммита пошли на следующий день.

Гейтс, выступивший на саммите 11 февраля 2007 года с ответной речью, обвинения на тему "холодной войны" отверг. При этом он говорил "обтекаемо" и иронично: "Одному из вчерашних ораторов почти удалось погрузить меня, как бойца "холодной войны", в ностальгию по временам, когда все было гораздо проще. Но сегодня мир сложнее, чем 30 лет назад. Все мы сталкиваемся с множеством общих проблем, и решать их нужно в партнерстве с другими странами, в том числе и с Россией. Хватит нам одной "холодной войны"". Далее Гейтс заявил, что "России не следует бояться продвижения НАТО к ее границам", но тут же добавил: "Существует реальная необходимость экспорта безопасности за пределы границ Североатлантического альянса".

Затем Гейтс дистанцировался от Рамсфелда, в свое время сделавшего различие между "старой" Европой, где критиковали войну в Ираке, и "новой" (Восточной) Европой, в основном поддержавшей США в 2003 году. "Подобные характеристики ушли в прошлое", – сказал Гейтс, обозначив тем самым, что эпоха Рамсфелда закончилась. И добавил, явно бросая камень в огород предшественника: "…Большинство людей в мире понимают, что время от времени мы совершаем глупости, но мы на стороне добра".

Сенатор-республиканец Джон Маккейн, возможный кандидат на пост президента США, выступил против России и Путина гораздо резче: "…В сегодняшнем мире нет места беспричинной конфронтации… Будет ли поворот России к автократичному правлению еще более заметным, станет ли внешняя политика страны еще более противоположной принципам западной демократии, и будет ли ее энергетическая политика по-прежнему использоваться как инструмент устрашения?" А далее последовал еще один, совсем решительный, тезис: "Москва должна понять, что она не может иметь настоящего партнерства с Западом, пока ее действия дома и за рубежом фундаментально конфликтуют с основными ценностями демократий Европы и Америки".

Тему, разумеется, тут же подхватили газеты.

12 февраля "Интернешнл Джеральд Трибьюн" приводит оценку президента парижского Международного института стратегических исследований Франсуа Хейсбурга. Хейсбург заявил, что Путин своими нападками мстит США за распад СССР в 1991 году: "Тогда статус России снизился. Россия должна была мириться с расширением Запада в страны Восточной Европы. России казалось, что США злоупотребляют своим положением, как самой сильной державы после распада СССР. Теперь мы видим Путина и Россию, которую интересует исключительно сила. Никаких общих ценностей (!). Грубая сила".

Такой же тон "окончательного приговора России" берет "USA today": "На какой-то момент в эти выходные показалось, что холодная война вернулась… Путин показал себя настоящим прогрессирующим диктатором с очень советскими оттенками. Надежды на то, что Россия вольется в клуб западных демократий, теперь разрушены".

А 13 февраля свою эффектную "точку" в серии "приговоров" ставит одна из наиболее влиятельных газет американского истеблишмента – "Уолл-стрит джорнэл".Она помещает статью Брета Стивенса "Русское слово "наглость"", которую стоит процитировать подробно.

Статья начинается со слов: "Ближайший эквивалент английскому слову chutzpah ("нахальство", "дерзость") в русском языке – наглость. В вашем лице, Владимир Путин, российский народ обрел подлинное воплощение наглости". А далее идет разбор тезисов Путина с "отповедями", причем каждый из тезисов Путина помешен под "шапку": "Наглость:".

Наглость: После субботнего выступления с речью на 43-й Мюнхенской конференции по безопасности вам задали вопрос о произошедшем 7 октября (в день вашего рождения, господин президент) убийстве журналистки Анны Политковской, делавшей громкие разоблачения. Вы и близко не упомянули ее имени. Зато услужливо напомнили, что за последние полтора года "в Ираке больше всего погибло журналистов".

Это так. Но Москва – не зона боевых действий. А по сравнению с Россией Ирак может похвастаться достаточно свободной прессой. По данным Комитета защиты журналистов, с момента вашего прихода к власти были убиты 13 журналистов, и преступления имеют все признаки заказных. Ни по одному из дел не было вынесено ни одного приговора. Сама Политковская жаловалась на "еженедельные вызовы в Генеральную прокуратуру…Бывший советский президент Михаил Горбачев назвал ее убийство "ударом по всей демократической независимой прессе". А вы предпочли похвалить ее, обмолвившись, что ее влияние было "минимальным".