– Какая разница?

– Лучше – это то, как тебе кажется нужно поступить. Правильно – это то, как следует поступить. Когда ты думаешь не только о себе и о своих чувствах, но и о других людях, о том, что было раньше, о правилах. – Она посмотрела на Джози. – Почему Питер не дрался?

– Думал, что у него будут неприятности.

– Вопросов больше нет, – сказала Алекс.

Ресницы Джози слиплись от слез.

– Ты сердишься на меня?

Алекс задумалась.

– Я сержусь на воспитателей, потому что они ничего не сделали, когда Питера обижали. И я не в восторге от того, что ты разбила мальчику нос. Но я горжусь тем, что ты хотела защитить своего друга. – Она поцеловала Джози в лоб. – Иди, переоденься во что-нибудь без дырок, Суперженщина.

Джози убежала в свою комнату, а Алекс все сидела в ванной на полу. Она вдруг поняла, что для отправления правосудия в первую очередь необходимо быть рядом и вмешаться – в отличие от воспитателей на площадке, например. Можно быть строгим, не приказывая, можно всегда придерживаться правил, принимать во внимание все доказательства, прежде чем принять решение.

Алекс поняла, что быть хорошим судьей – это почти то же, что и быть хорошей матерью.

Она встала, спустилась вниз и сняла телефонную трубку. Уит ответил после третьего гудка.

– Хорошо, – сказала она. – Скажите, что я должна делать.

Стульчик был слишком маленьким для Лейси, колени не помещались под столом, стены были выкрашены в слишком яркий цвет. Сидящая перед ней учительница была такой молоденькой, что Лейси засомневалась, может ли она выпить дома бокал вина и не нарушить ни один закон.

– Миссис Хьютон, – говорила учительница, – мне бы очень хотелось дать вам лучшее объяснение, но факт остается фактом: некоторые дети просто являются магнитом для насмешек. Другие дети видят их слабости и пользуются этим.

– А в чем слабость Питера? – спросила она.

Учительница улыбнулась.

– Я бы не назвала это слабостью. Он чувствительный и милый. Но это значит, что скорее всего он не станет носиться с другими ребятами по двору, играя в полицейских, а будет сидеть в углу с Джози и раскрашивать картинки. Остальные дети это видят.

Лейси вспомнила, как, когда она училась в начальной школе и была не намного старше Питера, они выращивали в инкубаторе цыплят. Вылупилось шесть птенцов, но один цыпленок оказался хромым. Он всегда последним мог поесть или попить. был тощим и неуклюжим по сравнению с братьями. Однажды весь класс с ужасом увидел, как здоровые цыплята насмерть заклевали хромоножку.

– Поведение этих ребят не останется безнаказанным, – заверила учительница. – Если мы что-нибудь заметим, то сразу же отправим их к директору. – Она открыла рот, словно хотела еще что-то сказать, но промолчала.

– Что?

Учительница опустила глаза.

– Просто, к сожалению, такая реакция может дать обратный результат. Ребята будут видеть в Питере причину своих неприятностей, и все начнется снова.

Лейси почувствовала, как лицо наливается краской.

– Что лично вы собираетесь предпринять, чтобы этого больше не произошло?

Она ожидала, что учительница будет говорить о том, чтобы ставить в угол или еще как-нибудь наказывать детей, которые будут дразнить Питера. Но вместо этого девушка сказала:

– Я покажу Питеру, как постоять за себя. Если его оттеснят в очереди в столовой или будут дразнить, нужно сказать что-то в ответ, а не мириться.

Лейси недоуменно посмотрела на нее.

– Я… я не верю своим ушам. То есть, если его толкнут, он должен толкнуть в ответ? Если его еду сбросят на пол, он должен отплатить тем же?

– Конечно же, нет…

– Вы хотите сказать, что для того, чтобы Питер чувствовал себя в школе в безопасности, ему нужно вести себя так, как те мальчишки, которые его обижают?

– Нет, я хочу рассказать вам о реалиях школы, – поправила ее учительница. – Послушайте, миссис Хьютон. Я могу сказать вам то, что вы хотите услышать. Я могу сказать, что Питер – прекрасный ребенок, и это так. Я могу сказать, что школа перевоспитает мальчишек, которые превратили жизнь Питера в мучение, и все прекратится. Но, к сожалению, правда жизни такова, что, если Питер хочет, чтобы это прекратилось, ему придется тоже измениться.

Лейси рассматривала свои руки. Они казались гигантскими на поверхности крохотной ученической парты.

– Спасибо. За вашу откровенность.

Она осторожно встала, потому что именно так нужно было вести себя в мире, где тебе уже нет места.

Она вышла из класса. Питер ждал ее на маленькой деревянной скамейке рядом с игрушечными домиками в холле. Она как мать должна была расчищать дорогу перед Питером, чтобы он не споткнулся. Но что, если она не сможет быть рядом с ним всегда? Может, это и хотела сказать ей учительница?