Только я поставил ногу в стремя, как вечно флегматичный мерин будто взбесился. Карась поднялся на дыбы, тоненько, с привизгом заржал, отбросил меня в сторону и галопом ринулся в лес, в темноту. Жеребец Вильриха рванул вслед.

– Чер-рт, – прорычал принц, прыгая на одной ноге. – Скотина, по колену копытом саданул! В чем дело?

По моим рукам, шее и спине пробежала знакомая дрожь, нечто наподобие воздействия статического электричества – предчувствие нешуточной опасности. Над головой тускло взблеснуло, я поднял взгляд и увидел золотистые капли, медленно-медленно стекавшие с небес. Две, пять, семь… Напоминает огненный дождь.

Первая «капля» ударила в той стороне, куда улетел лацианский корабль. Не рядом с городом, а по нашу сторону реки, южнее русла Римавы. Ослепляющая вспышка, грохот, вершины деревьев колыхнулись.

Что это может быть? Норикианские фрегаты? Они же покинули орбиту Меркуриума!

Второй сполох совсем рядом, не больше чем в километре. Ударила волна обжигающе-горячего воздуха, над лесом встала огненная стена, приближающаяся со скоростью урагана. Тактический ядерный удар? Нет, я бы почувствовал всплеск гамма-излучения, появляющегося при взрыве!

– За мной! – взревел я, понимая, что промедление станет фатальным. – Схватил Вильриха за ворот, толкнул вперед. Ревущий пламенный вал приближался, стало трудно дышать. – Быстрее! Сдохнем ведь!

Ихнее высочество не сплоховал – припустил как заяц, напрочь позабыв об ушибленном колене. Инстинкт самосохранения на высоте.

Для того чтобы настроиться на точку сингулярности, оставались мгновения – на мне начала дымиться одежда, казавшийся жидким огонь залил поляну. Я успел поймать ладонь Вильриха, определил затверженное раз и навсегда направление и нырнул в Лабиринт.

Слегка закружилась голова. Есть переход.

– Матерь Божья, – только и сказал остиец, повалившись наземь. Выдохнул, похлопал ладонями по тлеющим суконным штанам, загасив ползущие по ткани искорки. – Пан Николай, где мы? Другой мир? Что произошло?

– Не знаю, – сквозь зубы процедил я. – Одно могу пообещать твердо: кое-кому за это придется ответить. Я человек не злой и не мстительный, но всему есть предел!

– Не вы один такой, – прокряхтел Вильрих фон Зоттау. – И все-таки что это за место?

– Земля.

– Земля?!.. Настоящая?

– Единственная.