Величественным жестом руки мадам Зоя указала Ярдли на стул напротив нее. Та села. Саймон стоял за ней. Внимательно осмотрев Саймона, гадалка выдержала значительную паузу и наконец заговорила:

— Вы хотите, чтобы ваш любовник находился тут же? Это не совсем удачная мысль.

Ярдли смущенно посмотрела на нее. Как она узнала? Неужели их близость так заметна? Нет, просто сказала наугад и попала в точку, вот и все. Эта женщина связала их. Видно, она хорошо понимает язык тел.

— Ничего, пусть останется. — Оглянувшись, Ярдли задорно посмотрела на Саймона. Тот ответил ей несколько принужденной улыбкой. Женщина лишь кивнула и возражать не стала.

— Положите руку на кристалл, и мы увидим, что вас ожидает в будущем, — торжественно проговорила гадалка.

Ярдли с опаской посмотрела на пылающую сферу, которая выглядела так, будто внутри у нее горел огонь, ей показалось, что она сейчас обожжет руку. Собравшись с духом, она прижала ладонь к поверхности шара, который, как ни странно, оказался холодным. И все же она почувствовала нечто такое, что удивило ее: шар будто притянул ее руку, как магнит железо.

Гадалка довольно долго и внимательно всматривалась в мерцающую глубину шара, и Ярдли вдруг увидела, что лицо женщины нахмурилось, даже что-то вроде испуга промелькнуло в ее глазах, но она тотчас справилась с собой, замаскировав свои чувства профессиональной загадочностью. Необъяснимый страх охватил сердце Ярдли. Происходящее переставало быть забавой и ярмарочным развлечением.

— Что-то не так? — спросила она и почувствовала, как рука Саймона легла ей на плечо и слегка сжала его.

Предсказательница смотрела на нее с невинным спокойствием, но в глубине ее глаз Ярдли увидела скорбь. Наконец она прокашлялась и сказала:

— Скоро вы познаете великое счастье.

— Счастье? Какое счастье?

— То счастье, которое уже вошло в вашу жизнь, только вы все еще не узнаете его.

— И это все? Мне показалось, сначала вы увидели там что-то еще.

— Нет, больше там ничего нет.

Саймон тихонько подтолкнул Ярдли, понуждая ее встать.

— Пойдемте. Я предупреждал вас, что все это мистификация.

Он помог ей встать, бросив короткий, но явно угрожающий взгляд на женщину, восседающую за столом, затем вывел свою спутницу из шатра. Свежий воздух слегка прочистил сознание Ярдли.

— Лучше бы я справилась о своей судьбе у гадальных автоматов, — жалобно проворчала она.

— Только не говорите, что вы верите в эти штучки-дрючки.

Ярдли внимательно посмотрела на него и подозрительно спросила:

— А вы ее и раньше знали?

— Да уж… Кстати, я заплатил ей заранее, предвидя, что вас потянет на эту экзотику.

— Она сказала лишь то, за что вы заплатили ей. Но увидела она нечто совсем иное, я это заметила по ее глазам.

— По глазам? Да у нее там, внутри, темнее, чем в преисподней. Вот вам и вообразилось невесть что.

— И все же любопытно, что же такое она увидела, о чем не решилась мне сказать?

— Да что вы, Ярдли, в самом деле! Хотите за два бакса узнать что-то невероятное? Я просто удивляюсь, как это можно хотеть знать будущее? Ведь если бы кто-то действительно мог предсказать вам его, жизнь показалась бы пресной и сухой, как прочитанная книга, которую вас заставляют перечитывать еще раз. Она даже не настоящая цыганка, а скорей всего предприимчивая домохозяйка, решившая подработать на праздники. Неужели вы способны всерьез относиться к таким вещам?

Ярдли с укором посмотрела на него и спросила:

— Тогда скажите мне, Саймон, откуда она узнала о нас?

Он неопределенно пожал плечами, но Ярдли заметила, что и его это обеспокоило тоже.

— Будь я проклят, если знаю. — Затем быстро сменил тему: — А хотите, я выиграю для вас плюшевого мишку?

Она рассмеялась.

— Интересно посмотреть, каким образом вы это сделаете.

— Я, конечно, малость подрастерял навыки, но думаю, что каких-нибудь летающих уток в тире настрелять мне удастся.

— Вы всегда покоряли своих подружек плюшевыми медведями?

— Я всегда покорял их своей бесконечной увлеченностью. Но был достаточно великодушен, чтобы не пользоваться плодами этого. Пойдемте, Ярдли. И знайте, я никогда не выигрывал мишек для кого-то другого.

Проходя с Саймоном по центральной аллее, она спрашивала себя, сколько девичьих сердец он покорил в своей юности и без всякой плюшевой живности и скольким обещал нечто более существенное, чем какая-то бесконечная увлеченность. Интересно, в самом деле, сколько девичьих сердец разбил мистер Блай за все предшествующие годы?

Почувствовав дуновение свежего ночного ветра, Ярдли поежилась и обхватила себя руками. Ее беспокойство от встречи с гадалкой не проходило, она чувствовала какую-то неопределенную тревогу. И даже когда Саймон увел ее от гадалки довольно далеко, она все еще оглядывалась на шатер, не понимая, что могло ее так встревожить.

Полчаса спустя Ярдли стояла посреди аллеи, держа под мышкой черно-белого плюшевого медведя-панду.

— Ну что? После выигрыша считаете себя неотразимым? — ядовито спросила она, поправляя красный бантик на шее панды.