— Это, — крикнул он из под стола, под который закатился, — наверняка из-за одной вашей фразы: „Народная любовь к Сталину была огромна“. Надо срочно принимать меры!».

И они начали с того, что 11 июля вставили ароматное словечко в приведенную выше фразу: «Народная любовь к Сталину была патологически огромна». А еще заявили: «Ульянова выгнали из Казанского университета».

Но и после этого оба тирана продолжали набирать голоса и лидировать, ибо все доводы против них теперь, после стольких лет осатанелого вранья, на людей уже не действовали.

Действительно… Сталин — грузин? Ну и что! Да и вообще мы народ-интернационалист. Есть сомнения?

«Непрезентабельная» внешность? Во-первых, это не имеет никакого значения. Он не артистом был. Во-вторых, любому достаточно взглянуть хотя бы на его портрет, вами же приложенный к его биографии, дабы убедиться, что вы даже и туг врёте.

«Исковерканное сознание народа»? Да как же он с таким сознанием создал сверхдержаву, перед которой одни трепетали от страха, а другие преклонялись и восхищались?

«Коллективная бесхозяйственность»? Надо бы указать примеры оной: план ГОЭЛРО, Днепрогэс, Магнитка, Турксиб, Челябинский тракторный, Сталинградский, перелёты Москва — Северный полюс — Америка, Т-34, «Катюша» и т. п. А без доказательных примеров — поищите дураков в другой деревне.

Голод? За 75 лет Советской власти было два голода: в 1922 году и в 1933-м. Первый был естественным следствием не только неурожая, но и двух войн, бушевавших не где-то за морем или океаном, как для англичан и американцев, а на своей земле. А как не быть второму голоду, если, во-первых, в южных районах страны не только в 1932, но и в 1931 годах были и засуха и тяжёлый неурожай, но их должным образом официально не зарегистрировали. Это, основываясь на советских архивных материалах, уже в нынешние дни убедительно показал выдающийся американский учёный Марк Таугер, на которого ссылается Сигизмунд Миронов в книге «„Голодомор“ на Руси» (М.,2008. с. 8–9). Во-вторых, кулаки всеми средствами вредили созданию колхозов; в-третьих, перестройка сельского хозяйства на новый лад, конечно, не могла пройти легко. Однако, не имея хлебных резервов из-за неурожая 1931 года, советское руководство в 1932 году делало всё, чтобы помочь голодающим, о чем свидетельствует хотя бы переписка Сталина с Шолоховым.

Так, 16 апреля 1933 года в ответ на отчаянное письмо из Вешенской Сталин на другой же день ответил «молнией»: «Ваше письмо получил пятнадцатого. Спасибо за сообщение. Сделаем всё, что требуется. Сообщите о размерах необходимой помощи. Назовите цифру». Шолохов назвал все необходимые цифры. 22 апреля Сталин молнирует: «Ваше второе письмо только что получил. Кроме отпущенных недавно сорока тысяч пудов ржи отпускаем дополнительно для вешенцев восемьдесят тысяч пудов, всего сто двадцать тысяч пудов. Верхне-Донскому району отпускаем сорок тысяч пудов. Надо было прислать ответ не письмом, а телеграммой. Получилась потеря времени».

А что видим во времена Романовых? В XVIII веке голод приходил в Россию 34 раза, в XIX-м — свыше 40 раз. Но для наглядности сравнения возьмем тоже 75 последних лет царизма. За это время было 11 голодных лет. Причём размах голода всё время нарастал: 5 — 10–20 — 30–50 губерний. Наконец, а 1911–1912 годах, при Николае Втором, накануне 300-летия дома Романовых, столь пышно отмечавшегося, голод охватил 60 губерний. Причем порой голодные годы следовали один за другим кряду, например, голодными были четыре николаевских года с 1905 по 1908. Это говорит о том, что власть была бессильна предотвратить бедствие, даже зная уже о его угрозе. В Советское время совсем иная картина и в этом смысле: благодаря усилиям общества и власти голод ни разу не вышел за рамки одного года. Больше того, в 1924 году неурожай поразил те же районы страны, что и в 1922 году, но благодаря своевременно принятым мерам голода не было.

Так вот, на 35 лет ленинско-сталинского правления приходится два голода, а на 20 лет царствования Николая Второго — шесть. Но в его биографии, написанной Лавровым, ни один голодный год не упомянут.

Паника среди толоконных лбов нарастала. И в состоянии острого психоза они заголосили: «Помогите! Спасите!». Любимов обратился к братьям по разуму в многочисленных СМИ: «Влияние Сталина — чудовищное! деструктивное! — на нашу историю огромно. Предлагаю отметить его вклад в историю флэшмобом за Николая Второго, расстрелянного большевиками (как раз! — В. Б.) 90 лет тому назад».

Тут очень кстати объявился с очередной декламацией и Александр Проханов. Прославляя в своей газете то Колчака, то Деникина, будучи то столыпинцем, то антипутинцем, то архипутинцем, он ещё и завзятый сталинист. И вот как раз теперь он вдруг изобразил Сталина благородным продолжателем дела династии Романовых: всегда, мол, «стремились соединиться Империя Романовых и Империя Сталина. Вопреки ортодоксальным суждениям в стане коммунистов и в стане православных Сталин ведёт таинственный диалог с Николаем Вторым как с государственным деятелем… Прославленный как великомученик, став святым, царь Николай вознёс имперскую идею на небо, хранил её там, как негасимую лампаду, передал Сталину. Сталин — „красный монарх“, тайный правопреемник Романовской династии, одержал мистическую Русскую Победу, в которой одолел силы космического зла… Мистическая Победа, соединившая Сталина с небом, „помазала“ его на державное царствование. Недаром он встречался с патриархом Алексеем (имеется в виду патриарх Алексий. 1877–1970) и спрашивал, возможен ли тайный чин венчания на царство… Будет день, когда народное шествие понесёт рядом две иконы — Царя-страстотерпца и Вождя-Победителя» (Завтра № 29, июль 2008).

Сталин, дескать, перенял из рук убиенного Николая мистическую лампаду, как историческую эстафетную палочку, и прямёхонько побежал с ней в социализм. Как возрадовались такой картине почитатели царя!

Прекрасно! Величественно! Пронзительно! Как после такой декламации могло не возрасти число голосов за Николая! Несмотря на то, что кое-какие суждения тут сомнительны. Ну, во-первых, в Победе нашей над фашистской Германией не было ничего мистического. Она рождена живой исторической реальностью — беспримерным героизмом народа, большой кровью, доблестным воинским мастерством и техническим превосходством над врагом. К тому же непонятно, что мог почерпнуть Сталин, мудрый и многоопытный государственный деятель, великий воин, в «таинственных диалогах» с полным, как политическим, так и военным, банкротом. И вовсе не спрашивал Сталин патриарха Алексия о возможности тайного венчания на царство. Это выдумка Бондаренко или Семанова. Да и зачем спрашивать, если он уже, как уверяет сам Проханов, помазанник?