Реззер, подавив ярость, закипающую в груди, молча поднялся со скамьи и, отвернувшись от довольно тыкавшей толпы, начал втирать травяной бальзам в левое плечо, вывихнутое в прошлом бою.

— А ты прав, Торг. Не так страшен Дан, как его малюют, — тявкнул один из начинающих бойцов, обходя вокруг Реззера, едва не задевая его плечом и окидывая пренебрежительным взглядом. — Он больше похож на вышибалу из дешевого кабака.

— Ты дышишь моим воздухом, — прохрипел Реззер, уставившись взглядом своих по-волчьи желтых глаз в глаза смельчаку.

Тот, поняв, что зашел слишком далеко, стушевался и исчез за спинами остальных.

— Спокойно, ребята, — одернул всех тренер Хата. Этот старый хромой негроид был искренне недоволен развлечением своих питомцев:

— Вне ринга противника надо уважать. Кем бы ты себя ни считал.

— Расслабься, Тойги, — насмешливо улыбнулся Реззеру Торг. — Да и к тому же мы не противники. Ведь наш несчастный Дан всего лишь перевернутая страница экзотической книжки. Этот гладиатор, похоже, кончился.

— Рано радуешься. Остынь немного. Тебе повезло. Ненадолго. В следующем бою я отберу у тебя пояс, и все вы увидите, кто на ринге хозяин, — ответил Реззер, прикрывая ладонью челюстную мышцу, вдруг забившуюся в нервном тике.

— Хозяин?.. Вы слышали?! Он хозяин ринга. — Усмехаясь, Хат обвел всех взглядом, словно призывая оценить шутку.

А затем, оскалившись, качнул взад-вперед бедрами:

— Ты сначала наведи порядок между ног своей жены, прежде чем…

Никто не успел ничего предпринять, когда Реззер метнул вперед сто пятьдесят килограммов тренированных мускулов, которые уложил в жесткий, неотразимый удар. В следующее мгновение кто-то повис на его плечах, кто-то бросился под ноги, пытаясь свалить. Он не остался в долгу. Все закрутилось в чехарде драки. Но он с удовлетворением заметил, что Хат неподвижно распластался на полу и устремил очумелые глаза в потолок. «Извини, что не на ринге», — успел подумать Дан, прежде чем его захлестнула холодная ярость битвы.

Айк медленно крался, подбираясь к разговаривающим существам все ближе и ближе. Покрытые хитиновой броней лапы издавали едва уловимый скрип, касаясь твердого покрытия пола, а передние боевые конечности плавно покачивались, словно ощупывая воздух. Насекомое замерло, пробуя на вкус информацию, поступающую от множества нервных окончаний. Существа были скрыты от его зрения, но он прекрасно чувствовал их запах, тепло и энергетическое излучение. Нужно чуть сдвинуться вдоль препятствия и тогда следующим прыжком он настигнет того, за кем охотился. Плоское, покрытое панцирем тело качнулось, и шесть ног толщиной с человеческую руку зашевелились, перенося его на позицию атаки.

— … Система компьютерного наведения тормозит, — объяснял Пип технику. — В последний вылет были проблемы. И, если бы Сол не подключил это дело к своей башке, нас бы поджарили, как слепых котят.

— У нас нет новых систем. Черт, вы и так со своими лоханками все запасы запчастей выгребли… — отвечал механик, злясь на эту войну, загнавшую их в эту дыру, на руководителей, не присылающих новые силы, на себя за то, что не может достать для этого, одного из немногих оставшихся в живых, патрульного с пограничной базы новую систему компьютерного наведения.

— Ага, эти лоханки, как ты говоришь, первую кровь гранисянам пустили. А мы не просились в ваш вонючий улей, — возмутился Пип, выплюнув окурок на палубу и зло растаптывая его носком ботинка.

— Да ладно, не заводись. Не хотел тебя обидеть. Попробую поковыряюсь, может, вправлю ей мозги.

— Понимаешь, она работает, но реакции замедленные…

— О'кей, О’кей. Я-то пока нормально соображаю. Уже понял. Система тормозит. Расслабься. Иди пивка попей, — отмахнулся техник, разворачиваясь к стоящему рядом штурмовику.

Он хотел еще что-то сказать, но слова застряли у него в горле, а тело сковал животный ужас. Над приземистым корпусом штурмовика взлетело в прыжке странное существо — из тех, что он видел только в фильмах ужасов. Техник пискнул, понимая, что настал его последний миг, но монстр, перелетев через его голову, с сухим стуком приземлился около пилота. Чудовище поднялось на четырех задних лапах, страшные передние конечности обхватили Пипа, а могучие челюсти сомкнулись на его горле. Техник уже начал терять сознание, когда услышал вместо предсмертного хрипа веселый смех патрульного.

— Сдаюсь, Барт, сдаюсь. Что, доволен, старый таракан… Сумел-таки подкрасться незамеченным, — смеялся Пип, хлопая по спине монстра, уже стоящего рядом с ним на шести лапах.

— Гхы… аг… даа… ну… — мычал техник, ошалело таращась на эту парочку и все еще не понимая, на каком свете находится.

— Ты что, приятель? — поинтересовался Пип, только сейчас заметив состояние собеседника. — Ты что, еще Барта не видел?

— Барта? Так это то насекомое, про которое ребята болтали? Но, мать твою, так дураком стать можно! Я из-за вас придурков чуть штаны не обделал! Какого черта! Мне никто не говорил, что оно настолько большое, — Далее он выложил все ругательства на всех языках Империи, какие только знал.