— Просто оттого, что я девчонка? — строптиво спросила Лилит.

— Да ну, что ты, — отмахнулась Дэрин. — Я спросонья, только и всего.

Лилит стояла слегка насупившись, ожидая дальнейших разъяснений, но Дэрин лишь повернулась и первой пошла в сторону городского центра.

Отель «Хагия София» стоял темный и притихший; у входа горел лишь одинокий газовый фонарь. Дэрин с Алеком наблюдали издалека, как Лилит прошла в дверь мимо угодливо поклонившегося швейцара.

— Глупо как-то, проникать сюда как воры, — сказала Дэрин шепотом. — Ты в самом деле думаешь, что они могут нас узнать?

— Не забывай, — сказал Алек, — если они все-таки нашли мое письмо, то теперь в вестибюле день и ночь дежурят германские шпики.

Дэрин кивнула. Что правда, то правда: след пропавшего австрийского принца может поднять куда больший переполох, чем угнанное такси.

— Повторная встреча у нас здесь, — сказал Алек, проведя Дэрин в небольшой проулок, куда с кухни отеля выносились отходы.

Похоже, они с Лилит обо всем договорились у нее за спиной. Впрочем, ревнивые мысли надо выбросить из головы. Она здесь — солдат на задании, а не какая-нибудь вертихвостка на сельских танцульках.

Подобравшись ближе, Дэрин осторожно заглянула в окно. На кухне было темно, лишь тускло поблескивали неподвижные руки заводной посудомойки. Но вот через несколько минут в темноте бесшумно скользнул силуэт, и наружная дверь приоткрылась с тихим скрипом.

— Там консьерж сидит за конторкой, — прошептал силуэт голосом Лилит, — и в вестибюле кто-то один, читает газету. Так что нужно потише.

Когда они проскользнули внутрь, нос почуял усвоенные за прошедшие два дня вкусные запахи. На длинном деревянном столе в больших корзинах лежали финики, абрикосы и желтоватый картофель; лиловые баклажаны ожидали, когда их искромсают блестящие кухонные ножи.

А вот от запаха паприки свербило в носу: ею Завен день-деньской начинял бомбы, так что у Дэрин до сих пор слезились глаза.

Из кухни Лилит повела их через пустую темную столовую. Здесь были сервированы столы и стояли аккуратными пирамидками салфетки, как будто вскоре сюда должны были войти гости. Дэрин, как всегда в столь помпезных местах, почувствовала себя не в своей тарелке.

— Тут есть черный ход для прислуги, — прошептала Лилит, направляясь к неприметной двери в дальней стене.

Лестница была узкая, к тому же темень на ней стояла непроглядная, а ступени жалобно скрипели при каждом шаге. Почему-то дерево у жестянщиков всегда звучит старушечьи-плаксиво, как у тетушки Дэрин сырым зимним утром. Видно, так всегда бывает, когда дерево не фабрикуется искусственно, а рубится топором.

Стараясь ступать как можно тише, они втроем медленно поднимались, пока наконец — спустя немало времени — Лилит не вывела их в широкий, знакомый уже коридор.

Проходя мимо номера Алека, Дэрин ощутила невольный холодок. А что, если письмо найдено и за дверями бдит с полдюжины агентов жестянщиков?

Лилит остановилась через дверь и вынула ключ. Спустя пару секунд они стояли в столь же изысканных апартаментах, как прежде были у Алека. Интересно все же, что такое важное содержится в этом чертовом письме. Стоило ли выкладывать за этот номер кругленькую сумму, которая могла бы пойти на шагоходы для комитета?

— Балкон, — указала Лилит.

Дэрин прошла через комнату и ступила в ночную прохладу. Здесь, на верхнем этаже, балконы были почти в ширину самих апартаментов; перебраться с одного на другой ничего не стоит: один прыжок, каких воздухоплаватель на корабле делает по десятку за день.

Тем не менее, повернувшись к Алеку, она прошептала:

— Если б вы меня посвятили в свой чертов план, я бы прихватил страховой фал.

— Что, уже потерял сноровку? — спросил он с улыбкой.

— Едва ли.

Дэрин, балансируя руками, встала одной ногой на перила.

Алек повернулся к Лилит.

— Ты оставайся здесь. А то, неровен час, нас там кто-нибудь поджидает.

— Думаешь, я не умею драться?

Дэрин перед прыжком помедлила, прислушиваясь, что скажет Алек. Может, о безопасности Лилит он печется больше, чем о своей собственной? Или просто не хочет, чтобы им помогала девчонка? И то и другое край как раздражает.

— Я не о том, умеешь ты драться или нет, — сказал между тем он. — Просто если тебя поймают, то, вероятно, кто-нибудь признает в тебе дочь Завена. А это выведет полицию прямиком на его склад.

Дэрин моргнула — может, он это просто для отвода глаз?

— А если схватят вас двоих? — задала вопрос Лилит.

— Тогда тебе ничего иного не останется, как свергнуть султана и нас вызволить.

Лилит сверкнула глазами, но кивнула.

— Ладно, осторожней там, вы оба.

— За нас не беспокойся, — сказала Дэрин и прыгнула.