Но кто бы знал, чего мне стоило это показное равнодушие и бесстрастие! Кто бы знал, как громко колотилось мое перепуганное сердце, то и дело ожидая стрелы в бок или, на худой конец, какого-нибудь магического удара. От неопределенности колени постоянно норовили подогнуться, руки ощутимо тряслись, ладони похолодели и вспотели, а уж что творилось в моей голове… врагу такого не пожелаю. Однако в то же время я совершенно четко понимала, что если дам сейчас хоть одну слабину, если спущу им с рук даже мимолетное пренебрежение, они меня просто раздавят. Не сейчас, так немного позже, когда состоится разговор с Эа и моя судьба решится окончательно. А эары должны были начать воспринимать меня всерьез. Не как презренного человека, не как слабую женщину, не как незваную гостью, нагло постучавшуюся в дверь накануне ночи, а как равную. Как существо, имеющее право требовать и умеющее добиваться своего. Только в этом, как мне казалось, случае у нас был хоть какой-то шанс сохранить статус-кво. И только этим, как показывала практика, можно хоть чего-то добиться.

Сколько времени мы шли, я не знаю. Час. Может быть, два, а то и два с половиной. В угрюмом молчании, в полном сосредоточении и в диком напряжении.

Насчет направления я даже не заморачивалась — если выживу, Мейр и Лин меня отсюда выведу, а если же нет, то не стоит и труда запоминать. Тем более что в лесу я — хуже крысы в лабиринте. В том смысле, что обязательно не туда сверну и очень скоро заблужусь. Так что, понимая бесполезность своих усилий, я даже не пыталась запоминать дорогу, а со знанием дела потратила все отпущенное мне время на то, чтобы тщательно обдумать линию поведения перед этим загадочным Эа и на подбор аргументов в свою пользу. Таких, чтобы ни у одного из нелюдей не осталось даже сомнений в моем праве здесь находиться. И так, чтобы ни один из них не посчитал, что сможет легко от меня избавиться.

Касательно Знака я решила и дальше молчать: кто знает, как обернется дело? Пусть это будет мой козырь, карт-бланш и джокер в рукаве. Если все обойдется, то лучше, чтобы эары и дальше ничего не заподозрили: в наше время быть Иштой — непозволительная роскошь, а еще, как дал мне понять Мейр, весьма неблагодарное и крайне опасное для жизни занятие. К тому же, я еще не знаю своих истинных возможностей, поэтому рисковать и открываться перед эарами считаю преждевременным. Да еще и с Тенями надо будет что-то придумать…

Мысль о Браслете вызвала у меня тоскливый вздох.

Кто бы знал, как мне не хочется терять Аса с ребятами. Казалось бы, времени прошло всего ничего, а они уже стали мне роднее и ближе, чем иные приятели, с которыми не один год просидела за одной партой. Никогда еще у меня не было таких преданных спутников. И никогда в жизни я не думала, что смогу так быстро довериться давно умершим призракам, оказавшихся волею обстоятельств ко мне временно привязанными. Конечно, они что-то там заикались насчет того, что не бросят меня даже под страхом смерти, но я-то хорошо понимала, что вместе с Браслетом исчезнут и они. А Заклятие Долга наложено именно на Браслет. И избавиться от него, сохранив при себе это сомнительное украшение, не представлялось никакой возможности.

Вот ведь тупик, да?

Я снова вздохнула, постаравшись, чтобы мое уныние случайно не передалось Теням. Зачем им лишние тревоги? Я же сама пустила их в свой разум. Сама разрешила оставаться там постоянно, не требуя возвращаться в Браслет. Я позволила им наблюдать моими глазами за происходящим. И я дала возможность копаться иногда в своих воспоминаниях, чтобы им было, чем убить время, дожидаясь, когда можно будет занять и мое бренное тело.

В общем, куда ни кинь, всюду клин. Остается надеяться, что выход все-таки найдется. Или подскажет кто. Или сама отыщу какую-нибудь лазейку. А искать я точно буду. До тех пор, пока не найду что-нибудь приемлемое.

"Гайдэ?" — вдруг оторвала меня от грустных размышлений одна из Теней.

Я насторожилась: неужто не уследила?!

"Да, Ван?"

Ну, хоть по голосу его начала, наконец, узнавать!

"Гайдэ, скажи: если мы попросим тебя об одолжении, ты нам поверишь?"

"Конечно, — удивилась я. — А что, у меня появились причины вам не доверять?"

"Нет. Но что, если наша просьба вдруг покажется тебе сомнительной? Что, если она будет слишком… двусмысленной? Или весьма деликатной?"

Я усмехнулась.

"Ваня, друг мой призрачный, после того, как вы на меня во всех видах любовались и сидели в моем теле под мокрым кустом на корточках, меня, наверное, уже ничто не смутит. А после того, как я неосторожно разрешила Гору искупаться и потом вдоволь насмотреться с отвисшей челюстью на то, как липнет к телу моя же рубашка, мне стало вообще все фиолетово. Веришь?"

Тени смущенно промолчали.

"Да верю я вам, верю, — смягчилась я, чувствуя, что им здорово не по себе. — Не знаю, что вы там задумали, но все равно верю. Надеюсь, никакой экстремальной мысли по поводу встречи с Эа у вас не зародилось?"

"Вообще-то… зародилась одна. Но это будет трудно. И очень опасно".

"Правда? — неподдельно заинтересовалась я. — А поподробнее можно?"

"И мне, — неожиданно обернулся Лин. — Я тоже хочу поучаствовать".

Я ахнула и во все глаза уставилась на мохнатого хитреца.

"ЛИН?!!"

"Чего?"

"Ты что, ЗНАЕШЬ?!! Про Тени давно уже знаешь?!!"

Кот лукаво прищурился.

"Ну… знать не знал, но догадывался. Особенно после того, как у тебя появилась тяга к ночным прогулкам".