— Прости, Гайдэ. Прости мне это недостойное колебание. Но я не должен брать у тебя эту кровь.

— Почему?! — изумилась я, даже не думая забирать подарок.

— Потому что тогда… ведь я не знаю, смогу ли отдать тебе первый долг… и с моей стороны было бы бесчестным брать на себя второй, не имея понятия, смогу ли когда-нибудь расплатиться.

— ЧТО?!!

— Уф… я уж испугался, — вытер со лба несуществующий пот шейри. — Если бы он взял, я бы поверил в провидение Аллара. Мало тебе было стать Иштой, так еще и Главного Вождя ло-хвардов довелось бы на долг жизни поставить. Мало того, что его прямой наследник оказался перед тобой на коленях… оказывается, ты страшная женщина, Гайдэ! И коварная, к тому же!.

Я сперва нахмурилась, с трудом переваривая то, что он сейчас сказал, но потом мгновенно вскипела и так поддала ему под зад, что кот с обиженным ревом слетел с колен, едва не приземлившись в костер.

— Я отдала это ему просто так!! Понял ты, зараза мохнатая?!! Отдала потому, что ему эта кровь нужнее, чем мне!! Не ради чьих-то законов!! И не ради того, чтобы обрести себе еще одного должника!! И если ты, кусок меха, еще раз вздумаешь намекать, что я — неблагодарная сволочь, в бараний рог тебя скручу! Все ясно?!!!

Лин виновато ужался и испуганно округлил глаза.

— Все.

Я со злостью отвернулась, чувствуя, как внутри с устрашающей скоростью разгорается обида. Подумать только… мой собственный шейри подозревает меня в подлости! Хоть мы и недавно знакомы, но слышать о себе такие вещи…

На моих глазах вскипели и тут же высохли непрошеные слезы.

— Наживаться на чужом горе — подло, Лин. А дарить подарки из соображений корысти — просто низко. И если ты решил, что я могу так поступить, то ты плохо меня знаешь. И значит, нам с тобой, как мне кажется, дальше не по пути… вставай, Мейр. И бери кровь, если она тебе нужна. Ты ничего мне не должен — просто потому, что ни о чем не просил. Договорились?

За моей спиной воцарилась гнетущая тишина. А потом кто-то надрывно шмыгнул отчаянно захлюпавшим носом, а кто-то другом тихонько встал и, склонившись в низком поклоне, твердо сказал:

— Ты второй раз поражаешь меня, госпожа. Я не знаю границ твоей неоправданной щедрости и не понимаю причин, по которым Ты все еще возишься со мной, как с неразумным щенком. Ты спасла мне жизнь. Ты готова спасти жизнь моему отцу. Прости, если мой отказ огорчает Тебя, госпожа. Но я не могу принять такой бесценный дар и не могу принять решения, не зная ничего о Тебе и о том, смогу ли когда-нибудь вернуть тебе долг.

— Ты ничего мне не должен, — сухо повторила я, не оборачиваясь и упорно разглядывая текущую внизу речку. — И не называй меня госпожой. Мне это не нравится.

— Хорошо, как скажешь… Гайдэ.

— Ты совершенно свободен. Слово Ишты.

— Благодарю, — кажется, он снова поклонился — слишком уж одежда выразительно зашуршала. И ведь не смутился тем, что я его не вижу. Просто сделал, как посчитал нужным, и все. Упрямец. — Но я не могу уйти. Меня не примет после этого собственный народ.

— Тогда чего же ты хочешь?

— Позволь мне пойти с тобой.

— Куда? — усмехнулась я.

— Куда угодно.

— Да ты хоть знаешь, куда я иду? И знаешь, что твое упорство может заставить твоего отца ждать еще очень долгое время?

— Я не могу уйти, — твердо повторил хвард, и вот тогда мне все-таки пришлось обернуться. — Если ты скажешь, я отправлюсь с тобой хоть на край света. Это мой долг. И не тебе меня от него освобождать.

Вот уж действительно — упрямец.

Я с грустной улыбкой покачала головой.

— Вообще-то, на край света идти не надо. Нам с тобой, можно сказать, по пути. Потому что… знаешь… порой и Ишты совершают ошибки, а мне из-за своих теперь придется идти по твоему маршруту.

— Почему? — не понял оборотень, но на всякий случай насторожился.

Я подняла руку и молча задрала рукав. А потом села, старательно не замечая сжавшегося под кустом демона, и, тщательно подбирая слова, начала рассказывать.

Когда я закончила, он молчал долго. Долго и так напряженно, что я даже подумала, что зря ему открылась. Насчет родного мира я, конечно, поостереглась откровенничать, но все остальное рассказала без утайки: про эара, браслет его дурацкий (про Тени пока умолчала, чтобы не шокировать еще больше), про Айну, кота ее (вон, выглядывает из травы, гад!). Наконец, про Знак и убитого нами кахгара. А потом и про встречу с эрхасом, от последствий которой некий оборотень весьма вовремя меня избавил.

Мейр сидел, полуприкрыв глаза и явно не зная, как относиться к такой странной правде. О том, что я нездешняя, он наверняка и сам уже догадался (по моим вопросам это было трудно не понять), но про свое появление я предпочла туманно упомянуть, как про некий эксперимент, в результате которого некие, опять же, силы, закинули меня так далеко от дома. В результате я крайне неудачно упала, после чего все и вышло… так, как вышло. Но, собственно говоря, я в этом не виновата — просто так сложились обстоятельства.