— Погоди, не спеши, горячий украинский хлопец… — за руку придержала его женщина. — Мне требуется некоторое время, чтобы принять окончательное решение. Я должна… э-э… по возможности ощутить, насколько ты совпадаешь с тем, что говоришь. К тому же, хе-хе, кофе здесь стоит ровно в два раза больше, чем ты оставил денег.

— Ты так и не ответила. — Парень снова плюхнулся на табурет, раздражённо высвободил руку из крепкой хватки и пристально уставился на собеседницу. — Она реально существует? Где-то, как-то. Туда действительно можно попасть?

Он уже не отводил свой, не пялился по сторонам. Гнев словно бы наполнил его отчаянной решимостью.

Женщина затаённо улыбнулась, глубоко вздохнула, будто смирившись с чем-то неизбежным, и… вдруг развернулась вполоборота, достала из своего чёрного кожаного рюкзачка какой-то прямоугольный, формой похожий на большой пенал, прибор в корпусе жёлтого цвета, с большой колбой газоразрядной лампы и сеткой. Пилигрим откинула эту сетку вверх, и «пенал» тотчас же истерически запищал, а лампа быстро-быстро замигала.

Остальные посетители и обслуга бара даже не соизволили глянуть в сторону беседующей парочки, сочтя раздавшийся звук просто дурацким рингтоном мобилки. А зря… Если бы они подошли к столику и разглядели, что именно Пилигрим прикрывает от их взоров своей спиной и серой полой курточки, то очень удивились бы тому, что увидели.

«Свободовец» округлил, выпучил глаза и чуть ли не уронил свою отвисшую челюсть на столик. На серебряной цепочке, обвивавшей шею женщины и утекающей вниз, в ложбинку между грудями, вдруг зашипело и проявилось нечто вроде кулона, невидимое до этого. Оно светилось, пульсировало, переливалось сказочными цветами и внешне выглядело как нечто абсолютно внеземное. В долинке между холмиками женских грудей засияло, стреляя лучиками, крохотное, но от этого ничуть не менее жаркое космическое светило…

— Офиге-е-еть… — «Свободовец» опять обрёл дар речи никак не меньше, чем спустя долгую минуту, и вот теперь было отчётливо видно, что в его глазах бушует огненный смерч жизни, будто солнышко влило в них свой живительный огонь. — Это же…

— Да, именно он. — Женщина захлопнула сетку прибора, и загадочное образование мгновенно исчезло, словно и не бывало его вовсе, а цепочка — просто цепочка, ничего такого к ней не прицеплено. — Думаю, ты получил ответы на свои вопросы.

— Почти! Остался лишь один, самый главный. — Студент жадно смотрел на женщину, и в глазах его полыхал огонь надежды. — Ты возьмёшь меня с собой, Пилигрим? Ты проведёшь?

Ответное молчание собеседницы породило долгую-долгую паузу, которую завсегдатай фанатских сайтов, известный как «Свободовец_512», с достоинством выдержал. Затем женщина, появлявшаяся в компьютерной сети под ником «Пилигрим», приоткрыла было рот, хотела что-то произнести, но… громко вздохнула и промолчала.

Закрыла глаза и застыла без движения, будто окончательный ответ на заданный вопрос в эту минуту пыталась расслышать внутри себя. Отыскать его где-то в самой глубине своей памяти.

Мир Зоны мерещился мне повсюду. Он оживал перед моим внутренним взором в метро и маршрутках, в электричках и автобусах, в больших залах и маленьких комнатах, посреди толпы и когда я оставался один. Особенно когда я оставался один. Я рисовал этот мир в своём воображении, и он властно заполнял сознание.

Представляя, как в моих руках появляется «калаш», я уже настороженным взглядом осматривал каждый сантиметр помещения. Где-то слышались шаги, и остро хотелось, чтобы это были те персонажи, из которых состоял мой любимый мир. Только вот другой мир, окружающий меня, по-прежнему безжалостно развеивал все эти мои фантазии. Из-за угла в коридор выходил человек. Самый простой, обычный человек, который шёл по своим делам, таким же простым и обыденным. И близко не сталкер, крадущийся в ходку за хабаром…

Дошло до того, что иногда ночью я просыпался, обескураженно понимал, что ходка по Зоне, в которой я только-только участвовал, была всего лишь сном, и готов был завыть от тоски. Потому что не видел ни малейших способов поменять местами сон и окружающую явь.

Но однажды мне повезло. В конечном итоге так и должно было случиться. Слишком сильным было моё желание, и эта сила, видимо, как-то способна воздействовать на мироздание… В этот день мне, как всегда, надо было ехать куда-то, справляться с какими-то проблемами, разруливать набившие оскомину повседневные дела.