«И что за интерес, запершись в треугольнике «работа — дом — телевизор», смотреть на чужую жизнь?» — с осуждением подумала она и решила попытать счастья.

— Мама, папа! — решительно сказала она, войдя в комнату и остановившись рядом с телевизором, где разыгрывалась очередная драма с обязательным счастливым концом. — Я присмотрела классную шубку, осчастливьте единственную дочку на пятьсот баксов.

Непринужденно произнеся эту фразу, Зоряна вдруг словно увидела себя со стороны и удивилась: какое отношение могут иметь к ней эти рано располневшие мужчина и женщина средних лет, уютно расположившиеся с кефиром и сухариками на двуспальной кровати? Почему она называет их «мама» и «папа»? Двойственность заключалась в том, что подсознательно, на уровне автоматизма, она вела себя как Зоряна, а на уровне сознания больше ощущала себя Женей.

«Кто я на самом деле?! — уколола предательская мысль. — Я есть я или Она?»

— Чудесно! — сказала мама. — Если шубка стоит того, папа не будет сопротивляться. Правда, папа?

Тот неопределенно хмыкнул, что можно было понять по- разному — от восторга по поводу покупки до глубокого сомнения в ее целесообразности.

— Только, Зоряночка, я должна увидеть шубку до того, как ты за нее заплатишь.

— Без денег они шубу не дадут, и я не смогу ее показать, — ответила Зоряна, заранее чувствуя, что проиграла.

— Я пойду с тобой, а там посмотрим — стоит покупать или нет.

Девушка повторила неопределенное хмыканье мужчины, что все же указывало на их родство, и вышла из комнаты.

На следующее утро она попыталась продать половинку серебряного амулета, упирая на его древнее происхождение. Ее словам не верили и называли цену, равную стоимости лома. Зоряна кипятилась, доказывала ценность амулета, но ни с чем шла искать другого покупателя.

Возле городского ломбарда стояли несколько серых личностей, пропускающих через себя, словно фильтр, всех владельцев благородного металла и антиквариата. Амулет сразу заинтересовал «профессионалов», хотя они и сетовали на его ущербность. Цены здесь были немного выше, но денег все равно бы не хватило, чтобы оплатить перевоз тела Анны Алексеевны и ее похороны. Зоряна уже решила искать других покупателей, когда только что подошедший черноволосый парень с бегающими глазами поинтересовался, что она хочет за свой «товар».

— Четыреста зеленых, — ответила Зоряна, готовясь поторговаться. Но парень прежде попросил дать посмотреть амулет поближе. Зоряна благоразумно ответила, что даст фигурку в руки только в том случае, если будет держать ее стоимость в своих руках.

Парень сказал, чтобы она никуда не уходила, а он сразу же свяжется с возможным покупателем. Переговорив по мобильному телефону, он подошел к Зоряне и сказал, что сейчас подъедут. Через пятнадцать минут рядом с ними остановился черный джип «Лексус», и ее пригласили садиться. Поколебавшись, она устроилась на заднем кожаном сиденье. Рядом с ней оказался круглолицый мужчина со сверхкоротким ежиком волос и колючими глазами неопределенного цвета. Впереди сидели двое здоровяков, похожих на телохранителей или бандитов. Плохое предчувствие кольнуло в сердце.

— Показывай! — коротко велел он.

Зоряна достала амулет. Мужчина протянул руку, но она тут же его спрятала. Незнакомец понимающе улыбнулся, достал из заднего кармана брюк туго набитый бумажник и отсчитал четыре серо-зеленые бумажки.

— Возьми. Мы не кидалы…

Получив половинку амулета, он вытащил из бумажника точно такую же, соединил их и спросил:

— Это тебе ни о чем не говорит?

В подсознании у Зоряны вспыхнули воспоминания.

«Этого не может быть! Через столько лет!» — подумала она и ответила:

— Ничего. Вам повезло, теперь у вас целый амулет. Думаю, его можно будет соединить. Я пойду. — Она протянула руку, чтобы открыть дверцу, но тут раздался щелчок, и двери автомобиля заблокировались.

— Мы не закончили разговор. Уходить невежливо.

— Вы получили амулет, я деньги. Что еще?

— Самая малость: где документы, которые ты привезла из Крыма?!

— Вы ошибаетесь…

— Не строй из себя дурочку, пока я добрый. Отдашь архив — с меня еще пятьсот баксов, не отдашь — силой заставим. Ты девочка симпатичная, с тобой это будет очень интересно. У тебя пять секунд. Раз, два…

— Не знаю, что…

Фразу она не успела закончить.

— Пять, — произнес мужчина. Сидевший спереди «бычок» повернулся и с ходу отвесил девушке пощечину. Автомобиль тронулся с места.

— Куда мы едем? — испуганно спросила Зоряна, потирая покрасневшую щеку. Ей было больно и обидно.

— Не твое дело! Не захотела по-хорошему, будет по-плохому!

— Но ведь я… — начала было Зоряна.

— Молчи, не мешай думать, — перебил ее мужчина. — У тебя уже была возможность говорить.

Некоторое время ехали молча.

— Где архив, ты расскажешь, я в этом не сомневаюсь. Ведь не круглая же ты дура! Меня сейчас интересует другое: каким образом ты смогла его разыскать? О его существовании известно давно, но все поиски оканчивались безрезультатно. Последние попытки относились к началу семидесятых годов. Да это и понятно: если НКВД не смогло ничего найти, арестовав Барченко и Бокия, то… Ты невинность из себя не строй! Чувствую, ты не простая девочка. Рассказывай, по-хорошему прошу!