– Согласна! Я даже согласна Батыя не уничтожать. Загоним нечисть в резервацию и Батыгу туда же, и порядок!

– Когда ж ты посерьезнеешь? Вроде уже даже воеводой стала, а в башке дурь, как у Лушки.

– Вятич, а из меня получилась бы ведьма?

– А разве это уже не так?

– Ну, нахал! Да я чиста, как… как…

Пока я придумывала, с чем бы себя белую и пушистую сравнить, сотник усмехнулся:

– Как зебра…

– Откуда ты знаешь, какая зебра?

– Полосатая лошадка? Мы договорились, что ты пока не будешь задавать лишних вопросов.

– Ты бывал в нашем мире…

– Нашем… вашем… мир един, Настя. И в этой его части я тебя очень прошу без моего ведома ни с какой нечистью не воевать и даже не общаться. Ты не знаешь законов этой части мира и можешь запросто пропасть. Не все испугаются обещаний привлечь на помощь Интернет или уничтожить информацию на файле.

Я окончательно уверовала в то, что Вятич может «ходить» в двадцать первый век, как к себе домой. Хотя куда домой, у него нет дома. Если был, то сгорел в Козельске, как и у меня, мы теперь с ним бездомные… С той разницей, что я в двадцать первый век ни вернуться, ни даже сходить не могу. И вовсе не потому, что меня не отправляют обратно, а потому, что сама туда не пойду, пока не убила Батыя. Упираться буду руками и ногами, держаться зубами, только бы не выпихнули. Вятич еще пожалеет, что притащил меня сюда.

Стало смешно, притащил, а теперь выпихнуть не может. Вятич внимательно вгляделся мне в лицо, то ли на нем все написано, то ли сотник тоже умел читать мысли…

– Что?

– Думаю о том, что ты меня притащил, а теперь обратно выпихнуть не получается.

– Что в этом смешного?

– А зачем ты меня вообще притащил?

Вятич чуть усмехнулся:

– Если останемся живы завтра, так и быть, расскажу.

– Если?! Да мы не имеем права погибать, пока не прикончили Батыя!

Почему-то взгляд Вятича стал жестким:

– Ты предлагаешь бросить деревню на съедение этой нежити?

– Ничего я такого не предлагаю! Я предлагаю выжить в борьбе с нежитью, потому как у нас не решена главная задача – убийство Батыя.

– У тебя, – уточнил сотник.

– А у тебя нет, что ли?

– Маньячка у нас ты, а я считаю, что вместо Батыя тут же найдется другая пакость, возможно, худшая, и все покатится дальше. Куда важнее запугать их так, чтобы к Руси приближаться боялись и поняли, что любой шаг на этой земле будет даваться трудно, дохода не принесет, зато грозит гибелью, причем бесславной.

– Кто бы спорил…

– Но для этого, ты права, завтра надо выжить самим. А поэтому ты сейчас внимательно меня послушаешь, но так, чтобы завтра это все не вылетело у тебя из головы, как вылетело при виде Вуги. Кстати, она нас там поджидает.

– Что?! Она же сгорела? Вятич, я сама видела, что она сгорела!

Я была в ужасе, неужели ведьмы не горят?!

– Сгорела, сгорела. Но это означает только то, что теперь она не может выйти из круга. Боишься? Я очень не хочу тебя туда брать, но у меня нет выхода, одному не справиться, мне нужна помощь.

– Боюсь, – я вздохнула, – но пойду. Не могу же я допустить, чтобы какая-то Вуга погубила моего Вятича!

– С каких это пор я стал твоим?

– А чей ты, интересно знать?

– А ты чья? – Что-то в голосе Вятича было странное…

– Я – твоя! Сам меня сюда притащил, а теперь отказываться будешь?

– От тебя откажешься, как же…

В лес я тащила себя уже не с таким усилием, как в избу к Веченеге, решив, что справлюсь и здесь. Но стоило переступить какую-то невидимую черту, как вокруг начало твориться то, от чего нас в предыдущий раз уберегли волки. Заколдованный лес показал себя в полную силу…

Это было жутко: я вдруг явственно услышала звук боя. Вокруг раздавались крики, звон оружия, ломались ветки, слышались удары мечей о щиты и о стволы деревьев… И при этом никого вокруг! По краю лес был еще не густым и между стволами деревьев и редким кустарником пока проглядывался шагов на двадцать в глубину.

Как же это жутко – слышать бой и его не видеть! Рука сама дергалась ответить, посечь кого-нибудь или уклониться от занесенного меча. Помня наставление Вятича, я с трудом, но удерживалась.

– Вуга, останови свою рать, мы не биться пришли!

Мы с Вятичем стояли спина к спине, чтобы нападение сзади не застало врасплох. Я напряженно вглядывалась в пространство между деревьями, но ничего пока не видела. Потом показалось, что какие-то неясные тени все же мечутся чуть подальше, словно не решаясь приблизиться.

Но вот перед нами возник огромный призрак Вуги.

– Ну что, пугать нас вздумала? Уменьшайся до нормальных размеров, мы тебя что маленькую, что большую не очень-то боимся.