— Что спрашивали?

— Разное. Не продавал ли я недавно ПМ и если продавал, то кому? Про винтовку не спрашивали пока.

— А ты?

— А что я? Я за две недели шесть ПМ-ов продал, так им и сказал. Я же биографию у клиентов не спрашиваю. Всех проверенные люди приводили. Выложил я все данные на них, небось, проверяют теперь.

— Про меня что сказал?

— Вот тут самое интересное начинается, Пуля. Меня спрашивал мужик из группировки Сытина, не было ли у меня покупателя — мужичка очень маленького роста, который ездит на красной "Яве". Ты же "Яву" купил?

Я хмуро кивнул.

— Я ему честно сказал, что на мотоцикле ко мне никто не приезжал. Ты же тогда еще пешком ходил, а маленьких мужиков, говорю, вообще не было.

— Соврал что ли?

— Как сказать… Ты при своем росте и возрасте на мужика как-то не тянешь. Иной раз и посмотреть не на что — пацан пацаном. Так что не сильно я и лукавил.

— И они тебе поверили? — криво усмехнулся я. Под ложечкой противно заныло и засосало. Неужели так быстро меня вычислили?

— Не знаю, вроде поверили. Мне резона врать им нет. Я нейтралитет держу. Стволы поставляю всем, кто запросит, кроме черных, конечно. А про нашу дружбу они не знают, тем более, что официально ты — покойник.

— Когда они к тебе приходили?

— Вчера.

Я подскочил с места и подбежал к окну.

— Сбрендил что ли? — прошипел я, внимательно оглядывая двор. — а ну, как они за тобой шли?

— Я петлял. Хвоста вроде не было…

— Вроде?..

Во дворе все было тихо. Подозрительных личностей не наблюдалось. Нигде не кружили бритые братки и не шныряли неприметные личности с погонами под джинсовыми куртками.

— Через парадную не выходи, — посоветовал я, — иди через черный ход. Там рядом кусты, танк спрятать можно. Понял?

— Понял. А ты от мотоцикла избавься. Где он у тебя?

— На стоянке.

— Хочешь, я его заберу? — предложил Дрюня.

— Не надо. Пусть стоит.

— А если найдут? Тебе же квитанцию выписывали и в журнале небось отметили. Там же фамилия будет стоять!

— Будет, только не моя. Права у меня левые, сам делал. Чужая там фамилия.

Дрюня восхищенно присвистнул.

— Ну и крут же ты, Пуля! Все предусмотрел!

— Всего предусмотреть невозможно. Ты-то как меня нашел?

— Сказал тоже! Я-то знал, кого надо искать. Ты же сам, пока у меня на даче сидел и стволы ждал, объявления в газете подчеркивал. Вот я по ним и прошелся. Первый же адрес твоим оказался.

Я чертыхнулся: надо же было так лопухнуться.

— Газету выкини, а лучше сожги, — приказал я.

— Я ее съем, — серьезно ответил Дрюня. — Я в кино видел.

— Ага, — промолвил я и глубоко задумался. Если Дрюня меня так легко обнаружил, то и другим это сделать будет несложно. Андрей может думать все, что угодно, но мы свое знакомство не прятали, я к ним частенько приходил. Рано или поздно выплывет, что мы знакомы. А если кто-нибудь сочтет необходимым покопаться в нашем прошлом, то без особого труда установит, что мы служили в одной бригаде. И тогда все…

— Я тебе машинку подогнал, — промолвил Дрюня, с отвращением глядя на недопитый чай. — Восьмерку. Выглядит паршиво, но бегает хорошо.

— Где надыбал?

— Дак на твои бабки куплена. Она стоит всего пятьсот баксов.

— Чего так дешево? — поинтересовался я.

— А в ней мужик угорел, — равнодушно оповестил меня Дрюня. — В смысле, того… Самоубийством, значит, жизнь покончил. Шланг закинул в салон и каюк! Машина на улице стояла, солнышко тоже помогло. Вонища в салоне стоит неимоверная, как в скотомогильнике. И пассажирского кресла впереди нет, с корнем выдрано. Но тебе в самый раз будет. Только сильно не светись, машинка приметная.

— В каком смысле?

— Ну, мужик ее в лотерею выиграл, "Богатырские пельмени" кушать любил, вот и сподобился выиграть. У нее с бортов еще не все наклейки содраны. Я пробовал отмыть, но их, по-моему, проще закрасить.

— Ключи давай, — вяло произнес я.

Дрюня положил на стол пару ключей и уставился в окно.

— На веселое дело идешь, — хмуро произнес он. — Может, все-таки остановишься?

— Высказался? Полегчало? Давай, дуй отсюда, не забудь, через черный ход.

Андрей тяжело вздохнул и поднялся с места. В прихожей, потоптавшись у порога, он повернулся ко мне.

— Знаешь, — тихо сказал он, — видеть знакомые имена на могилах не слишком приятно…

— Вали отсюда, — устало протянул я, — я спать хочу…

Охота была не слишком удачной. На рынке, где солдатики слегка расслабляются, удалось поймать всего лишь двоих. Один — здоровенный жлоб, пьяный вдрызг, сам сел в машину, когда ему предложили подвести до блок-поста. Другой, маленький и верткий, успел даже снять автомат с предохранителя, прежде чем получил по башке тяжелым куском железной трубы.