«Боритесь со страхом, и тогда сможете выстоять против всего мира. Иначе вся наша многолетняя работа пойдет насмарку».

Насмарку! Как и тысячи долларов, которые она готова была отдать за здорово живешь всего несколько секунд назад… Насмарку — из-за страха и паники!

Но теперь, хотя ноги Миранды по-прежнему порывались бежать, разум приказывал ей: «Останься! Стой на своем, защищай свои права!»

Она глубоко вздохнула и проглотила вставший в горле ком. Ей необходимо было быстро оценить создавшееся положение.

Взгляни на ситуацию с точки зрения логики, убеждала она себя. По логике, она находится в безопасности — в центре ярко освещенного казино с сотнями людей вокруг, а администрации вовсе не нужны проблемы… По той же логике, никто не собирается грубо вышвыривать ее вон из-за нескольких тысяч баксов. В конце концов, по сравнению с крутыми игроками, которые могут ставить эти тысячи лишь на один бросок костей, выигрыш Миранды был грошовым. Здесь ведь не какая-нибудь банановая республика, а Америка!

«Помни, у тебя есть определенные права!»

Миранда расправила плечи и повернулась лицом к мистеру Железные Мускулы, который выкладывал ее жетоны на кассовую стойку.

— Я требую управляющего! — заявила она тоном герцогини, обращающейся к своему конюху. — Я настаиваю, чтобы мне объяснили, почему со мной обращаются таким оскорбительным образом. Я не сделала ничего неприличного или нечестного и никому не причинила вреда. А если вы сейчас же не отпустите мою руку, я позову полицию.

Ее тирада возымела действие.

Через несколько минут Миранда была препровождена в офис с табличкой «Посторонним вход воспрещен». Он был отделан бежевато-золотистым деревом и напомнил ей кабинет доктора Фрэнкла в «Маривале». Единственной отличительной чертой, говорившей о характере данного заведения, были многочисленные экраны кабельного телевидения, на которых просматривался каждый дюйм игрового зала.

Маленький прилизанный человечек в костюме от «Брукс Бразерс» сидел в кресле и наблюдал за происходящим в зале.

— Проходите, пожалуйста.

Он встал и оказался едва ли выше самой Миранды. Представился он Уолтером Заплински.

Миранда не ответила ему той же любезностью: ее имя — ее личное дело.

— Я хочу знать, что происходит! — заявила она.

Он усмехнулся и предложил ей присесть на диван.

— Как вы понимаете, администрация имеет право отказывать посетителям. Уверяю вас, мисс… м-м-м, здесь нет ничего личного. Закон Невады устанавливает…

Он говорил любезным и успокоительным тоном, который скорее подошел бы банкиру из небольшого городка, чем мафиози.

— Но что такого я сделала? — поинтересовалась Миранда, искренне озадаченная.

Уолт Заплински удивленно развел руками. Настала его очередь не верить своим ушам.

— Вы — «счетчик».

— Кто-кто?! Не понимаю.

— «Счетчик». Нам уже сообщили о вас из казино «Веселое времечко» и «Прерии». Вы обули и тех и других на кругленькую сумму.

Миранда покачала головой, сбитая с толку его терминологией:

— Извините, но не могли бы вы объяснить, что такое «счетчик»?

Заплински секунду внимательно всматривался в ее лицо и вдруг расхохотался высоким пронзительным смехом. Ее наивность тронула его.

— Вы всерьез не понимаете? Занимаетесь этим в течение недели и не знаете, что это такое? Присядьте, юная леди!

«Счетчик», объяснил он, это игрок, который отслеживает и запоминает каждую выпадающую карту и берет ее за основу для расчета вероятности выигрыша. В общем-то в этом нет ничего противозаконного, но казино закрывают перед такими игроками двери, потому что они портят общую картину.

— Хоть я и признаю ваше превосходство. Вы лучшая из всех в этой области, кого я встречал. Хорошо, что вы не играли по-крупному.

Он предложил ей выпить, и она попросила кофе. Он отдал приказание и плюхнулся рядом с ней на диван.

— А теперь, — произнес он, — мне бы хотелось удовлетворить свое любопытство.

Его интересовало, как она додумалась до этой системы. Он признал, что ее действия были весьма эффективными, а он уважал сообразительность в других. К тому моменту, когда принесли кофе, они уже болтали как давние коллеги.

Миранда описала свои приемы. Заплински выразил восхищение и попросил, чтобы она больше даже нос не казала в его заведение.