Камеры пустовали, так как от предыдущего хозяина никого не осталось, а сам я отлынивал от такой обязанности. Вот еще чего мне не хватало, так это набирать пленников! Их кормить, поить надо, банный день устраивать, иначе и не пройдешь мимо.

Так что, пройдя мимо пустующих камер, я добрался до сокровищницы. Ее охраняли два часовых, сплошь, с ног до головы, укрытых черненой стальной броней. Сквозь узкие щелочки забрала невозможно было рассмотреть лиц, так что порой я сомневался в том, что это живые существа. По слухам, что я во множестве успел собрать в замке, они стоят тут не одно тысячелетие, оставшись еще от первого Бессмертного.

– Пароль? – утробным голосом прорычал я и сам же ответил: – Сто грамм! Проходи… Эх, вы, чурки железные, хоть бы раз спросили нечто подобное.

Сняв с железного косяка тяжелый ключ – эта фиговина была весом за килограмм, – я провернул его несколько раз в замке, открывая дверь. Тяжеленный замок (зная, каков ключ, можете себе представить и замок) выскочил из петель и ухнул мне на ногу. Может, я и бессмертный, но боль чувствую, как и прежде.

– …тебя, ах, ты… осиновый, чтоб ты… и без… – пронесся мой ор эхом по подземелью. – Провалиться тебе на этом месте!

Слова, изрядно подкрепленные магией, пропали втуне: замок никуда не пропал. Зато позади раздался тихий «брямк», сопровождаемый ароматом горячих щей и прочих вкусняшек. Обернувшись, я заметил поднос, лежащий на полу в окружении моего несостоявшегося завтрака. Да уж, мое желание безмозглый «амбарный страж» отфутболил в сторону, как голкипер мяч при выбивании. И досталось несчастному подносу… хорошо еще, что он остался на месте, а не провалился, как я секунду назад пожелал в адрес замка. Ну вот, теперь придется плестись до камер и только оттуда звать кого из домовых, чтобы те принесли мне новый завтрак. Ни одно из проживающих в моем замке волшебных созданий не приблизится к сокровищнице, опасаясь охранников ничуть не меньше, чем меня. Мало того, сейчас придется еще и убираться здесь, иначе этот мусор тут останется навечно, пока не заплесневеет и не окажется у меня на подошве во время очередного посещения.

По-быстрому я закинул все на поднос – обожаю магию, с ней просто: пальцем щелкнул, и испорченная еда вся до последней крошки вернулась на прежнее место – и послал тот впереди себя. Через десять минут я вышел из закрытой части замка и громко заорал:

– Кузя! Авоська! Небоська! Кто-нибудь, дармоеды, отзовитесь!

Пришлось напрягать голосовые связки минут десять, пока рядом не появились три домовых. Конечно, можно и не рисковать сорвать голос и вызвать помощников с помощью волшбы, но к ней я только привыкаю, больше работая «по старинке».

Обычный домовой – это человекообразный коротышка ростом повыше колена, с длинными всклокоченными волосами, с бородой и усами, одет в свободный балахон с длинными рукавами, штаны и лапти. Примчавшиеся домовые стали шумно толкаться, каждый стараясь оказаться позади других. Наконец мне это надоело, и я прикрикнул, сразу наведя порядок.

– Так, видите этот мусор? – указал я на поднос с горкой битой глиняной посуды и ошметками еды.

Домовые единодушно закивали.

– Видим, хозяин… конечно, видим… вы правы, хозяин, это мусор, – пропищала нечисть на разные голоса и попыталась улизнуть, видимо, решив, что я их и звал ради того, чтобы показать поднос.

– Стоять! – повысил я децибелы и закашлялся, едва не сорвав голос. – Это убрать, а мне принести новый поднос с кухни. Там Яга сейчас должна находиться, так что она даст все необходимое. Но не говорить ей, что вся эта еда взамен испорченной. Пусть думает, что аппетит у меня разыгрался. Все понятно?

– Авось понятно!

– Небось понятно!

А Кузя пробубнил нечто невразумительное.

Из всех домовых я только и смог запомнить эту троицу по их характерным признакам. Небоська и Авоська получили имена по причине постоянно упоминающихся слов, а Кузя просто по аналогии со старым советским мультиком.

– Я не понял, почему поднос еще здесь, а еды нет?

Троица исчезла одним махом. Вдалеке послышался тихий стук, перебранка домовых, и все затихло. Пришлось постоять, прежде чем передо мною возник Кузя, нагруженный до невозможности. Поднос, что он принес, был побольше предыдущего и полностью оказался заставлен едой. М-да, фишка не прокатила. Яга небось (тьфу, вот же прилипчивое словечко!) расспросила домовых и узнала о порче еды, вот и наложила с запасом. Ладно, съем, что смогу, а остальное куда-нибудь пристрою.

Перехватив поднос у домового, который уже изнемогал под его весом (Авоська и Небоська, приходящиеся друг другу родными братьями, как всегда, перевалили свою часть обязанностей на тихого Кузю), я направился в сокровищницу. Проклятый замок опять висел на своем месте, словно его и не открывали. Вот тоже странности. Сколько раз оставлял дверь открытой, чтобы не мучиться с открыванием-закрыванием, и столько же раз замок оказывался продетым в петли запора и закрытым на все обороты. Я уже и подсматривал, кто же это так изгаляется, но все без толку. Пока не спускал глаз с двери, замок спокойно валялся на полу, но стоило только на миг отвести взгляд, как дверь тут же запиралась. Волшебство, блин!