Но – приказы не обсуждаются, юношеский оптимизм взял верх над унынием, да и служба оказалась, вопреки ожиданиям, все же интересной. Единственное, о чем сетовал молодой офицер, что не суждено ему теперь совершить нечто выдающееся…

Теперь вот шанс совершить геройство у него появился, но капитан-лейтенант Вячеслав Макаров по этому поводу радости не испытывал. Наверное, потому, что повзрослел.

– На границе тучи ходят хмуро… – задумчиво проговорил он. – Ладно. Всем свободным от вахты – отдыхать.

– А вы куда, Вячеслав Евгеньевич?.. – спросил штурман. В кают-компании не принято было называть друг друга по фамилиям и званиям.

– Поднимусь в ходовую рубку, проверю посты.

* * *

Кровь в ходовой рубке, где погиб рулевой, уже затерли. Моряки стояли вахту в бронежилетах и касках. У каждого под рукой был автомат. Капитан-лейтенант вышел на левый борт, затворив за собой массивную бронированную дверь. На рубке черными оспинами виднелись отметки попаданий китайских крупнокалиберных пуль.

У крупнокалиберного пулемета за щитом стоял матрос в каске и бронежилете. Черный ствол КПВ [2] грозно смотрел на темнеющий в полукилометре китайский берег. В комбинированный инфракрасный прицел не было видно ни единого огонька.

– Ну, что?..

– Пока тихо, товарищ капитан-лейтенант, затаились, сволочи узкоглазые.

В кабинете начальника Азиатского сектора ЦРУ в роскошных кожаных креслах утопали двое. Беседа текла размеренно, так же как и струился дым дорогих сигар.

Директор ЦРУ отхлебнул «Джонни Уокера» и поставил массивный стеклянный стакан на подлокотник из мореного дуба. Оба разведчика молча смотрели огромный, во всю стену, плазменный телевизор. Широкий объемный экран и звук «Dolby surround» создавали почти ощутимый эффект присутствия. И казалось, зрители сами находятся рядом с марширующими четкими шеренгами солдат и парадными колоннами мощной боевой техники.

* * *

Было 1 октября, на главной площади Пекина Тяньаньмэнь проходил военный парад по случаю очередной годовщины образования Народно-освободительной армии Китая – НОАК.

Перед объективами телекамер ведущих мировых информационных агентств разворачивалось грандиозное действо крупнейшего в истории Китая военного парада. В нем участвовали не специальные сводные подразделения, по брусчатке проходили боеготовые, полностью отмобилизованные и вооруженные боевые роты, батальоны и даже целые полки.

Бойцы сосредоточенно печатали шаг, сжимая в руках автоматы, и казалось, не было им числа.

Грохотали гусеницами, высекая траками искры из древнего камня, помнящего еще древних императоров, китайские танки.

Впереди шли «Феньбао» – «Шторм», тяжелые боевые машины со 125-миллиметровыми пушками и мощной комбинированной броней. В одном строю с ними – «Тип-98», самые массовые современные танки китайских Сухопутных сил.

Но наибольший интерес вызывали бронированные монстры высокотехнологичной войны – танки «Тип-99G» с мощной пушкой, стреляющей и управляемыми ракетами, с модульной противокумулятивной броней и лазерной системой противодействия прицельным комплексам противника.

В случае обнаружения лазерной подсветки независимая турель разворачивает свой квантовый генератор, который облучает пространство маломощными импульсами. Когда же обнаруживается прицел противника – мощность лазерного луча мгновенно повышается до критического значения. В результате выгорают и электронно-оптические прицелы, и глаза наводчиков-операторов. Быстро, эффективно и жестоко – вполне в духе китайцев.

Следом катили китайские бронетранспортеры и БМП. Они производили странное впечатление: будто собранные из запчастей бывшей советской и американской, итальянской или немецкой техники. Но тем не менее они были эффективны, а огневая мощь и защищенность вполне отвечали уровню современных западных образцов. Правда, БТРов и БМП, по сравнению с огромным количеством танков, было относительно немного.

То же вполне касалось и самоходных зенитных установок и более мощных комплексов ПВО – закупленные со всего мира или выпущенные по лицензии, они тем не менее эффективно выполняли свои функции. Остальное, в том числе и права интеллектуальной собственности, практичных китайцев не интересовало.

А в небе разворачивалось настоящее воздушное шоу. Прямо над площадью Тяньаньмэнь китайские истребители J-10 «Стремительный дракон» выполняли фигуры высшего пилотажа, расчерчивая небо разноцветными инверсионными следами.

Пилотажная группа «1-е Августа» на самолетах J-7E пронеслась на малой высоте в четком строю, оглушив зрителей ревом турбин. С земли донесся ответный рев толпы…

* * *

– Они готовы на все, – заметил директор ЦРУ, отпивая солидный глоток виски. В горле вдруг пересохло от увиденного.