– Все просто. Материал Сетевой Суки сочинен и выложен в Сети с единственной целью. Чтобы Европол создал комиссию по расследованию. Чтобы Австрия создала комиссию. Чтобы черт лысый создал комиссию… Неважно кто. Европол должен начать оправдываться и раскрыть факты, которые привели нас в Айсрайзенвельтскую горную тюрьму. Такие вещи не делают из простого любопытства. Когда мне показали материал Сетевой Суки, я уже через десять минут знал, что не буду ночевать дома, что моему приятелю из Отдела по борьбе с наркотиками тоже не стоит это делать.

– На него не покушались?

– Пока нет. Но у него очень низкий профиль в этом деле. Я просто перестраховываюсь. Он – обычный подрядчик, поставщик рабочей силы. Они злы на меня, но ищут кого-то вроде тебя, кто их расколол. Радуйся, Молоток, о твоей роли они просто не догадываются. Честно говорю, я ведь в какой-то момент пожалел, что похоронил тебя. Когда я доложил об освобождении огромной толпы, да еще среди них двое этих русских, что поставили на голову весь Евросоюз, мне пообещали награды, премии… А эти, из России… Ты ведь с ними контачил вопреки приказу?

Алекс решил не усугублять ситуацию враньем и просто кивнул.

– Зачем?

– Мне казалось, что законными методами ничего не получится, понадобится грубая сила.

– Ты рисковал, ой как рисковал. Это настолько непрофессионально! Через них могла пройти утечка информации, даже сейчас может.

– Знаю. Что было, то было. А к чему ты их вспомнил?

– Узнавали, как ты погиб, выразили желание материально помочь твоим родным. И венок на могилу отправить.

– Материально помочь? Шеф, мне нужны деньги, очень нужны. Я не могу оказаться своим братом-близнецом?

– Не дури. Все понимаю. Я как раз в те моменты, когда нас все хвалили, и начал жалеть, что ты умер. Карьера, деньги – ты мог получить очень много.

– А потом потерять вместе с жизнью?

– Это ты сказал. Но ход моих мыслей был в том же направлении. А сейчас я вижу, что поступил правильно.

– Твой прогноз, шеф?

– Оптимистический. Новость меня порадовала. – Электрик заулыбался, глядя на удивленного Алекса. Улыбка в сочетании с покрасневшим лицом и седой шевелюрой делала его похожим на безбородого Деда Мороза. – Да-да, порадовала. Нам мстят. Месть – действие иррациональное. Тот, кто мстит, хуже продумывает свои действия, совершает больше ошибок. Это начало его конца, мы выследим зверя и уничтожим. Кроме того, руководство Европола сделает переоценку ситуации. Я – далеко не пешка. Покушение на такую фигуру – это очень серьезный вызов. Если в рутинном деле останки беспилотного вертолета изучали бы два-три эксперта, то сейчас этим займутся десятки. Они пройдут по каждому чипу из обломков, установят конкретный аппарат, кому продан или где и когда украден. Что я тебе рассказываю, ты же профессионал. Жалко, что тебя не будет с нами.

– А где я буду?

– Ты меня спрашиваешь? Тебе решать. Но не в Санкт-Петербурге точно. И в Украину я бы тебе соваться не рекомендовал. У тебя нет никаких дел в Америке? А на Дальнем Востоке?

– Шеф, ты еще Австралию забыл.

– Я просто не представлял, что ты так хорошо знаешь географию.

– Значит, за океан, – устало произнес Алекс. – Чему быть, того не миновать. Греческие трагедии, шаги судьбы… Ты меня подтолкнул, шеф. Надеюсь, Андрей Горленко может позволить себе попутешествовать в свое удовольствие? И без удовольствия, кстати, тоже.

Саманта Каллисен изучала свое расписание так, словно рабочий день только начинался, а не приближался к завершению. Ей было приятно перечитывать каждый пункт. Удачный выдался денек. Если в самом начале своей карьеры Саманта считала, что бизнес – занятие куда более скучное, чем наука, то со временем она обнаружила, что делание денег становится для нее все интересней и интересней. Теперь она появлялась в лабораториях только для того, чтобы сформулировать перед сотрудниками новую задачу и обсудить возможные пути ее решения. Успех в исследованиях приносил деньги, которые давали возможность нанять новых сотрудников. Это, в свою очередь, позволяло решать все более сложные и приносящие больше прибыли задачи. Расширяющаяся спираль затягивала ее все сильнее.

Каждый пункт в сегодняшнем расписании – удача. А что с последним? Саманта гордилась своей интуицией, которая еще ни разу ее не подводила. Но сейчас? Эта странная встреча с бизнесменом из Украины… Темная личность. Практически она никогда не соглашалась встретиться с кем-либо без тщательного изучения всех относящихся к делу материалов. А на этот раз сделала исключение. «Абсолютно конфиденциально, только при личной встрече. Но очень прибыльно!» – о чем может пойти речь? Он получил доступ к еще не запатентованному генному материалу и хочет его продать? Самое вероятное объяснение. Если разработка достаточно интересна, такая сделка может оказаться очень выгодной. Но почему он обратился именно к ней? Разыскал за океаном, на обратной стороны глобуса… Странно. Два года тому назад она сделала что-то подобное. Тогда ее финансовое положение было намного хуже, чем сейчас. Да что обманывать саму себя? Оно было просто катастрофическим! И только наивный практикант, набирающий нужные для университета баллы в «АгроГен Индия», мог посчитать их встречу и бурный роман случайными. Неужели какой-то тип из Восточной Европы в подробностях осведомлен, что она нарушала закон? Чушь.

В любом случае, по давно заведенному правилу, время для деловых встреч Саманта выбирала по степени проработки материала. Чем сомнительней было мероприятие, тем ближе к концу дня оно находилось в расписании. С утра все должно работать, как часовой механизм, без сбоев, без нервотрепки. А если встреча сорвется или закончится скандалом, что ж, пусть это произойдет в конце дня. Сейчас загадочный украинец опаздывает… на пять минут. Еще пять минут, и ранний ужин будет очень кстати.

Через три минуты мечты о раннем ужине развеялись. ИскИн-секретарь сообщил, что Андрей Горленко наконец появился, и пропустил его в кабинет.