— Вот как? — Он ухмыльнулся. Ни у одной лошади не было зубов крупнее и желтее. — Так покажите мне этот сертификат.

Лаура не шевельнулась. И не сказала ни слова.

— Угу. Давайте тогда посмотрим ваши водительские права.

— У меня украли сумочку, — сказала Лаура.

— Ну, конечно! — Он кивнул и побарабанил пальцами по стойке. — У кого вы сперли этот камушек, леди?

— Пойдем, — позвала Диди.

— Вы из полиции, да? — спросил мужчина. — Пытаетесь взять меня за задницу? — Он фыркнул. — Я копов за милю чую. Приходят, понимаешь, и изображают южный акцент! Вы что, никогда от меня не отстанете?

— Пойдем! — Диди потянула Лауру за руку. Она уже почти повернулась уходить. Почти. Но рука доводила ее до безумия, и деньги уже кончались напрочь, и никогда она не видела более мрачного дня, и где-то там была Мэри Террор с Дэвидом. Она поняла, что сейчас сорвется, и следующее, что она почувствовала, как ее рука тянется под свитер. Она схватила рукоятку за поясом джинсов, и вытащила пистолет, наведя его в лошадиные зубы хозяина.

— Я возьму за мой бриллиант тысячу долларов, — сказала Лаура. — Без торга.

Улыбка на лице хозяина застыла.

— Не надо! — взвыла Диди. — Не убивай его, как того в той кассе, Бонни! Не надо вышибать ему мозги!

Человек затрясся и поднял руки. На его манжетах были запонки, похожие на золотые самородки.

— Открой кассу, — сказала Лаура. — Ты купил бриллиант. Он поспешил повиноваться, и когда касса была открыта, стал отсчитывать деньги.

— На Бонни иногда накатывает, — сказала Диди, подходя к двери и переворачивая табличку ОТКРЫТО на ИЗВИНИТЕ, ЗАКРЫТО. На улице никого не было. — Вчера она в Небраске прострелила голову одному парню. Ее хлебом не корми, дай только нажать на спуск.

— Вам крупные купюры? — выдохнул хозяин. — Сотенные?

— Какие угодно, — ответила Диди. — Да пошевеливайся, ты!

— А у меня в кассе только… шесть сотен. В сейфе есть еще. Вон там. — Он кивнул на дверь, на которой висела табличка ОФИС.

— Шести сотен хватит, — сказала Диди. — Возьми деньги, Бонни. Хватит, чтобы добраться до Мичигана, верно? — Она взяла у Лауры пистолет и сгребла деньги в карман. — Кто-нибудь еще здесь есть?

— Ванда Джейн там, в офисе. Она бухгалтер.

— О'кей, давай в ту дверь. Спокойно и медленно. Человек пошел к двери, но Лаура сказала:

— Стойте. Возьмите бриллиант. Вы его купили. — Диди метнула на нее неодобрительный взгляд, а напуганный хозяин стоял столбом, не зная, что ему делать. — Возьмите, — сказала Лаура, и он взял.

В офисе усохшая женщина с коротко стриженными седыми волосами курила сигарету, сидя в табачном дыму, и говорила по телефону. Одновременно с этим она смотрела «мыльную оперу» по переносному телевизору. Диди не понадобилось ничего говорить: лицо мужчины и пистолет все за нее сказали. Ванда Джейн прохрипела:

— Иисусе милосердный! Хэл, по-моему, нас… — Диди положила руку на рычаги телефона, разрывая связь.

— Ванда Джейн, держи рот на замке, — приказала Диди. — Раздевайтесь догола, вы оба.

— Черта с два я разденусь! — загремела Ванда Джейн, покраснев до корней волос.

— Они уже кого-то убили! — сказал мужчина. — Они обе сумасшедшие! — Он уже расстегивал рубашку. Когда он расстегнул пояс, огромное брюхо вывалилось наружу, как новогодний карнавальный нос.

Диди торопила их. Через несколько минут оба разделись догола и лежали на животе на цементном полу, и никогда в жизни Лаура не видела двух более уродливых лун. Диди, вырвала из стены телефонный шнур и обыскала их одежду.

— Вы будете лежать здесь десять минут. Бобби наблюдает за входной дверью. Если вы выйдете раньше, чем я сказала, можете считать себя падалью, потому что Бобби еще психованней, чем Бонни. Вам ясно?

Ванда Джейн бухнула, как лягушка-бык. Мужчина с лошадиными зубами зажал свой новый бриллиант в кулаке и проблеял:

— Ясно, ясно, конечно! Только не надо нас убивать, о'кей?

— Увидимся в следующий раз, когда будем проезжать через ваш городок, — пообещала Диди и вышла из офиса, подталкивая Лауру.

Снаружи Диди выбросила одежду в мусорный бак. Потом они с Лаурой бросились к «катласу», припаркованному на улице за несколько домов от ссудной кассы, и Диди опять села за руль. Через пять минут они ехали к восьмидесятому шоссе и через десять минут были на пути на запад. На шесть сотен долларов богаче минус бриллиант, который давно уже стал для Лауры мертвым грузом.

Диди посматривала в зеркало заднего вида — ни мигалок, ни сирен. Пока еще. Стрелка спидометра показывала чуть больше шестидесяти миль в час, и Диди сохранила эту скорость.