– Кто это был? – Яна в смятении вцепилась ему в рукав. Страх наконец настиг ее, и она утратила способность думать и рассуждать.

– Они живые, – ответил Мур, зорко поглядывая по сторонам – не притаилось ли что в зеленом полумраке по сторонам извилистой дороги; истинность собственного высказывания лишила его дара речи, а на висках выступил холодный пот. – Я видел их на лодке… и Кип видел. – Он коснулся красных отметин у себя на горле. – Не знаю, как это получается или почему, но знаю, что они живые…

Показалась деревня. Мур промчался по пустынным улицам; он заметил, что джип исчез со своей обычной стоянки перед конторой Кипа, но долго колотил в дверь в тщетной надежде, что Кип может оказаться на месте. Повернув от двери, он поднял голову и увидел клубящиеся в небе густые облака, тускло-серые, ослепительно-белые, далекие с черной каймой. Он пересек Площадь и обнаружил, что бакалея заперта, а витрины закрыты щитами; он постучался в хозяйственный магазин, но никто не ответил. Он оглядел Хай-стрит, магазин за магазином – везде замки на дверях, тишь, безлюдье: город-призрак. Ветер доносил от Кисс-Боттома крики чаек, птицы кружили над рифом, проносились над самой водой и вновь взмывали в небо. Мур смотрел, как они стаями летят в открытое море, словно решив навсегда покинуть Кокину.

Он вернулся к грузовичку. Не глядя Яне в глаза (из-за того, что непременно увидел бы там, а еще из страха перед тем, что она могла прочесть в его глазах), он завел мотор, включил передачу и поехал через площадь в гору по Хай-стрит.

И увидел, что двери гостиницы распахнуты.

Мур непроизвольно напрягся. Он помнил, что утром закрыл дверь, хоть и не запер ее. Взвинченный до предела, он сунул разделочный нож за ремень.

– Ждите здесь, – велел он Яне. – Первым пойду я. – Он оставил ее в грузовичке и крадучись поднялся на крыльцо; вытаскивая одной рукой нож, другой потянул на себя дверь-ширму и переступил порог, прислушиваясь и принюхиваясь чутко, как зверь. Вдруг Мур застыл на месте, всматриваясь в полумрак комнаты.

В кресле сидел какой-то человек, рядом на полу стоял чемодан. В руках он держал стеклянное пресс-папье и смотрел на него так, словно вновь обрел нечто утраченное давным-давно. Мур отпустил ширму, та громко захлопнулась за ним, и человек торопливо – и неуклюже – поднялся.

– Прошу прощения, – сказал незнакомец с заметным акцентом. – Дверь была открыта, и я зашел, чтобы подождать здесь. – Он поднял пресс-папье. – Прошу вас, скажите… где вы это взяли? – Он опустил глаза и заметил нож в руке Мура и очень спокойно добавил: – Я… не имел в виду ничего плохого.

– Кто вы? – спросил Мур.

– Меня зовут Фредерик Шиллер. Мне сказали, что здесь можно подыскать комнату, но, пока я шел по деревне, я не встретил ни одного человека…

Мур на миг замер, пытаясь определить, что у гостя за акцент. Ну как же – немецкий! Он по-прежнему осторожно отложил нож на стол.

– Так откуда это у вас? – снова поинтересовался Шиллер. Пресс– папье он держал так, точно это был бесценный самоцвет.

Мур не стал удовлетворять его любопытство и вместо этого спросил:

– Как вы сюда попали?

– Приплыл на грузовом судне с Ямайки. – Шиллер помолчал, сунул руку во внутренний карман пиджака и вытащил недорогой коричневый бумажник. – Деньги у меня есть, – сказал он.

Мур отмахнулся от кошелька.

– Я не знаю, что у вас за дела на Кокине, мистер Шиллер, но вы выбрали не самое удачное время для визита.

– О? Почему?

– Надвигается буря – вон какое нынче небо. Последний ураган чуть не развалил гостиницу.

– Я ненадолго, – отозвался Шиллер. – А теперь, пожалуйста, скажите… где вы нашли этот предмет?

– На лодке…

Шиллер закрыл глаза.

– …или, вернее, на том, что от нее осталось. – Дверь-ширма за спиной у Мура открылась, вошла Яна. Она посмотрела на Мура, потом на Шиллера, потом опять на Мура. – С вами все в порядке? – встревоженно спросил он.

Она кивнула и провела рукой по лбу.

– Да… просто я очень устала. У меня… у меня еще путаются мысли.

– Молодая леди нездорова? – спросил Шиллер.

– Пожалуй, я пойду отлежусь, – сказала Яна Муру.

Он взглянул на немца.

– Если хотите кофе, кухня в глубине дома. Я провожу мисс Торнтон наверх. – Его заинтриговал этот человек, он гадал, кто это и откуда.

Мур помог Яне подняться по лестнице, проводил в конец коридора, в номер, и откинул одеяло на постели. Когда он уже уходил, Яна вдруг схватила его за руку пониже локтя. Золотистые волосы веером рассыпались по подушке.

– Я не понимаю, что здесь творится, мне страшно, я не знаю, что делать…

Мгновение Мур стоял, глядя на нее сверху вниз, а потом отвел волосы с ее лба – бережно, как когда-то с другой женщиной.