— Ваби просил меня зайти через полчаса, — сказал Иной. — По-моему, у него есть какой-то план.

— А почему бы просто не захватить лагерь Романа? Их же гораздо меньше, чем нас. Сейчас человек сорок, да?

— Более сорока. И после каждой смерти Иного их число возрастает. Большинство дери погибших уходят к ним. К тому же у них силовая установка.

— Но выключают же они ее когда-нибудь?

— В том-то и дело, что нет. Уже проверяли.

— Идиоты! Им же ее на месяц не хватит!

Георг печально улыбнулся.

— А им больше не надо. При таком темпе они успеют перебить за месяц всех Иных.

— Неужели она нужна им только против вас? А лиловые твари?

— Они с ними не церемонятся. Выжигают. Как ты сегодня утром. Весь лес в выжженных пятнах. Я сегодня там был. Скоро Улитка Бекетова станет вымирающим видом. Это мы интересовались, что за животное, да как оно устроено. Романа эти материи не волнуют.

— Но установку можно отключить.

— Да, изнутри.

— Я мог бы туда пробраться. Скажу, что ушел от господина и хочу перейти на их сторону. Там некому сканировать.

— Ты убил двух их сторонников. Они будут мстить.

— Роман тоже был сервентом. Он должен понимать, что такое приказ господина. Я выполнял приказ.

Иной покачал головой.

— Не надейся. Я не верю ни в их рассудительность, ни в их милосердие. Рассудительные и милосердные остаются со своими господами. Кстати, если ваби убьют, ты останешься с нами?

Андрей молчал.

— Я не хочу рассматривать такую возможность, — наконец сказал он.

— К сожалению, это весьма вероятно. Так что давай рассмотрим. Останешься?

— А куда мне деться? Мне же нельзя к Роману, сам сказал.

— Ты можешь организовать свой лагерь. Третью силу.

— Спасибо за идею.

— Ты не ответил на мой вопрос.

— Смотря кому меня передадут.

— Думаю, мне.

— Останусь.

Георг поставил чашку.

— Ладно, мне надо идти. Кстати, господин и тебя хочет видеть.

На этот раз их пустили. Товаби лежал на полу палатки, на поролоновом походном коврике. Рядом сидел Иной Себастьян Мещерский и складывал в пакет медицинские инструменты. Себастьян поднял голову и строго посмотрел на вошедших карими глазами.

Хотя Высшие столь же самозабвенно занимались селекцией Иных, как последние селекцией низших, отбор шел на интеллект и телепатические способности, так что Иные обладали в основном вполне заурядной внешностью. Как нескладный Георг с его слишком длинными руками и ногами. Но Себастьян был по-настоящему красив. Правильный овал лица в обрамлении мягких каштановых волос, нос с горбинкой и ямочка на подбородке. И к тому же эти большие шоколадные глаза с длинными ресницами, как у девушки. Андрей был уверен, что такое сочетание генов получилось случайно.

— Себастьян сделал мне еще одну операцию, — слабо сказал товаби. — Входи, Георг, садись. Андрей, ты тоже.

Товаби приподнялся на локте. Себастьян бросился к нему и попытался уложить. Тот махнул рукой.

— Хуже не будет. Георг, твой дери уже вернулся?

— Пока нет, ваби.

— Ладно, ждем. Вы знаете, что сегодня пятеро дери Себастьяна ушли к Роману? При живом хозяине.

Георг посмотрел на товаби большими глазами.

— Сами?

Себастьян опустил глаза и кивнул.

— Пятеро дери из девяти?

— Да. Я, наверное, был с ними слишком мягок.

Георг пожал плечами.

— От меня не бегают. Хотя нельзя сказать, чтобы я им руки выкручивал.

— Ты жестче. Это по всему видно. По тону, по поведению. Мне, наверное, не следовало иметь дери, кроме слуги. Занимался бы одной медициной!

— На Земле у тебя все было прекрасно, — успокоил Высший. — А здесь не ты один такой. У Сильвестра Панова ушли двое, у Инны Полонской — трое, у Дария Вассермана — один, у Вениамина Ленского — двое.

— Ну, уж последнее… — протянул Георг.

— Тем не менее…

В разговоре пошли недоговорки, и Андрей почувствовал себя совершенно лишним. Впрочем, он чувствовал себя лишним с самого начала. Все, что здесь обсуждалось, было внутренним делом Иных.

«Товаби, мне выйти?» — мысленно спросил он.

— Нет, — вслух ответил тот. — Разговор и тебя касается.

Андрей не представлял себе, с какой стороны его может касаться этот разговор. Советовались с ним, что ли? Абсурд! Это все равно, что охотнику советоваться со своей собакой. Или угрожали? Да не было в этом угроз! Тогда надо было бы расписать, сколько дери было убито при попытке к бегству, а не скольким удалось благополучно уйти. Это было скорее демонстрацией слабости, а не силы.