Он исчез в коридоре. Вождь развернулся вместе с креслом к Вальдесу, выбил на панели несколько тактов марша десантников, подождал, когда Птурс отойдет подальше. Хочет о чем-то поговорить, догадался Вальдес. Лихорадка боя медленно покидала его; кончики пальцев покалывало, в висках еще стучали молоточки.

– Ты обратил внимание, что все агрегаты приведены в негодность – оборудование для контроля извержений, для переработки почвы и эти их масштабирующие сканеры, – произнес Вождь. – Послали какой-то сигнал, и баста! Все превратилось в груду хлама!

– Мудрая предосторожность, Кро. Занту сказала, что вся их электроника перестает работать, если использовать ее не так, как надо. Например, для производства оружия.

Светлая Вода свел над переносицей густые брови.

– Встроенные предохранители?

– Что-то вроде этого, но посложнее. Каждый элемент, самый мелкий чип, как будто обладает знанием о всей системе, в которую включен, и при определенных обстоятельствах становится инертным. Умирает, по словам Занту.

– Вот как! Что еще ты узнал?

Вальдес улыбнулся:

– Есть что-то персонально для тебя, насчет использования чипов в оружии. Занту сказала: успокой мзани, этого никогда не случится.

– Мзани? Кто такой мзани?

– Ты. Мзани – не человек, но иногда похожий на человека или на лоона эо. Может быть, на кого-то ещё.

– Хмм… Так меня еще не называли, – протянул Светлая Вода. – Ну, как говорится у вас, у русских, хоть горшком назови, только в печь не ставь. Не будем de asini umbra disceptare [30] , тем более что мы получили важную информацию.

– Важную для кого? Для Секретной службы ОКС?

– В первую очередь, но не только. Если лоона эо блокируют все смертоносные функции своих изделий, это важно для Земли и всей вашей цивилизации. Не искать страхов там, где их нет, и не пытаться сделать меч из чужого плуга… То и другое дорогого стоит!

Он так и сказал: «вашей цивилизации» – словно сам находился вне ее, наблюдая со стороны ошибки и поражения, взлеты, победы и подвиги земного человечества. Нелепая мысль! Кро Лайтвотер, Вождь Светлая Вода, был очевидцем и участником столь многого, столь жуткого и великого, жестокого, трагического, дерзновенного, что отделить его от Вселенной людей не смог бы сам Владыка Пустоты. И если бы он, космический бог или демон, все же решился на такое, пришлось бы резать по живому и по мертвому, уничтожая в памяти Вождя всех тех, кого он знал и любил в своей нескончаемой жизни.

Но тайны Кро были и оставались его тайнами. Допытываться истины Вальдес не желал.

Он поднялся, вдохнул воздух с бодрящим запахом горных трав и потянул застежку комбинезона.

– Пойду в душ. Вода и музыка успокаивают нервы.

– Погоди, Сергей! – Пальцы протеза вновь забарабанили по пульту. – Ты ни о чем не хочешь меня спросить?

– Ни о чем, старина. Ты друг нашей семьи, друг моего прадеда и мой. Этого достаточно. Что еще мне надо знать? И зачем?

Темные глаза Кро затуманились, бронзовую кожу на щеках окрасил слабый румянец. Он уставился в свой стрелковый монитор – там, в ячейках прицельной сетки, горело несколько ярких синих звезд.

– Вы меняетесь, – произнес Светлая Вода, – вы так стремительно меняетесь! Было время, меня считали то ангелом, то дьяволом… больше склонялись к последнему, особенно в Европе и шиитской Персии… раз восемь пытались сжечь… На Востоке, в Поднебесной, я казался лисом– оборотнем, принявшим облик человека, чтобы смущать достойных мужей… В цивилизованную эпоху, когда вы овладели электричеством, создали первые компьютеры и добрались до Луны, я выглядел ловким мошенником, кем-то вроде гипнотизера, способного смущать умы и морочить публику. Скажем, так… – Он снял протез, дернул вверх рукав комбинезона, и культя вдруг начала удлиняться, формируя кисть с гибкими сильными пальцами. – В те годы, до Вторжения фаата, вы слишком мало знали о Галактике, вы думали, что ее заполняют лишь светила, мертвые планеты и облака разреженного газа. Но это была только часть правды. Другая ее половина казалась вам очень сомнительной: в лучшем случае, сюжет для фантастического фильма о пришельцах, в худшем – намеренная фальсификация. Жемчуг истины тонул в океане лжи… Понимаешь?

– Да, я понимаю, – кивнул Вальдес, взирая на левую руку Кро. Двадцатый век и начало двадцать первого вошли в историю как время разгула чудотворцев, астрологов и самозваных контактеров; все они жаждали славы и денег, и потому летающие тарелки и пришельцы сыпались на Землю в поразительном изобилии.

Вождь пошевелил пальцами, вздохнул с сожалением и принялся за обратную трансформацию.

– Видишь ли, друг мой, Кро, стрелок с фрегата «Коммодор Литвин», потерял руку в битве при Рооне, и случилось это в 2125 году, еще до Войн Провала. Пока я в этом образе, пусть все останется как есть… не будем смущать Степана и прочих наших камерадов… Так о чем я толковал?

– О том, что мы быстро меняемся, – напомнил Вальдес.

– Да, меняетесь… быстро, очень быстро… После атаки фаата я уже не был мошенником, фокусником или адептом потусторонних сил. Я стал вполне реальной личностью, которой интересовались многие и, скажем так, небескорыстно… Но кое-кому я смог открыться.

– Прадеду?

– Да, Полу Коркорану. Он был сильно удивлен. – Кро пристегнул протез и усмехнулся. – Пришлось рассказать ему все… Всю мою жизнь, чуть ли не с момента рождения. А ты, его кровный потомок, ты другой. Не проявляешь удивления, не задаешь вопросов…