— Десять миллионов долларов. — Я пытаюсь оценить размер суммы. — Что может сделать текст таким непостижимо ценным?

— Десять миллионов долларов!

— Я не знаю, где он находится.

Это не совсем ложь, а только крохотное искажение правды.

— Пятнадцать миллионов долларов? Если говорить правду, то…

ФБР не стучит в дверь. Они вносят дверь вместе с собой.

Дверь в номер люкс с колоссальным грохотом взламывается бревном-тараном. Раздается взрыв шумовой гранаты. Стук бегущих сапог. Громкие голоса.

— ФБР! Всем на пол!

В Риме я видел, как полицейская группа захвата врывается в помещение. Тактика во всем мире одинаковая. Они появляются, когда их меньше всего ждут. Молниеносно. Не зная пощады. А когда появляются, то ругаются напропалую.

— На пол! Всем на пол!

Мы со Стюартом сидим не шевелясь.

Дверь в нашу комнату открывается ногой. Вваливаются трое вооруженных мужчин.

— ФБР! Всем лечь!

Это не приказ. Это предупреждение о молниеносной и скорой смерти, если мы не сделаем того, что они говорят.

Словно тающий снег, я выплываю из стула и оказываюсь на полу.

— ФБР! — кричат они. Как будто мы не в состоянии с первого раза понять приказ.

Стюарт поднимает руки:

— Позвольте, это недоразумение…

— На пол! Лечь!

Стюарт неохотно опускается со стула на пол. Как будто это ниже его достоинства. Он смотрит на меня. Словно это я предал его. Потом раскидывает руки и ноги.

— Все чисто! — кричит один из вошедших.

Комнату наводняют полицейские. У некоторых вид межпланетных боевиков, высадившихся из космического корабля. На других куртки с большими желтыми буквами «ФБР». У одних в руках автоматы, у других — базуки, у третьих — пистолеты. В самом конце появляются агенты в штатском.

— Господин Белтэ? — обращается ко мне один из агентов.

— Это я.

— Нам надо побеседовать.

Остаток дня мы с Лорой проводим в беседах в ФБР.

Упрятать Хассана, Стюарта и их людей в тюрьму за убийства, покушение на убийство и захват заложников, совершенные на территории других стран, не так-то просто. Но все они, кроме Стюарта, арабы. Мусульмане. И это повышает шансы упечь их за решетку.

— Они террористы, — повторяю я снова и снова.

Я не знаю в точности, что будет со Стюартом и его спутниками. Но я чувствую себя спокойно уже оттого, что в ближайшие дни их наверняка не выпустят.

Закончив все дела с полицейскими, мы с Лорой, пошатываясь, выходим на улицу и погружаемся в вашингтонскую ночь. Перекусываем в суши-баре и на такси едем в гостиницу.

На следующий день я покупаю новый мобильный телефон, который мы регистрируем на имя одного из друзей Лоры. Я сообщаю номер ограниченному числу людей, которым доверяю. Терье Лённ Эриксен — один из них.

Следующие сутки уходят у нас на попытки расшифровать найденное письмо.

Я послал Терье фотографии старого пергамента, над каждой страницей которого мы сидим, пытаясь использовать разные ключи и комбинации. Письмо с острова в Карибском море написано несколько сотен лет спустя после зашифрованного текста из церкви в Рингебу, но код тот же.

Первое и второе слово в каждой тройке закодированы по принципу Цезарь-7 и Цезарь-8, а третье написано наоборот.

Это письмо представляет невероятно большой интерес.

Обращаясь к архиепископу Валькендорфу, авторы благодарят за ответ на предыдущее письмо, — очевидно, они не знали, кто был епископом в Тронхейме, не знали, что хранители все еще жили на их родине. Они подтверждают, что епископ ответил, использовав верные символы, — надо полагать, это были анх, тюри крест, — и выражают сожаление, что не писали очень долго, но они только сейчас нашли надежное пристанище в деревне под названием Санто-Доминго на острове Эспаньола, в наши дни этот остров делят между собой Доминиканская Республика и Гаити. Здесь они встретили некоего европейца, которого они называют Бартоломео Колон, так он писал свое имя по-испански. Его брата звали Кристобаль Колон, а мы все знаем его под именем Христофор Колумб.

Они пишут, что после резни в Гренландии группа хранителей отправилась в страну, расположенную на западе, за линией горизонта. Пятьдесят последних лет они передвигались все дальше и дальше на юг, охраняя сокровище. Из старинных скандинавских преданий они знали, что их встретит восточный ветер, который вернет их назад в Европу.

По многу лет они жили в скандинавских поселениях, расположившихся вдоль восточного побережья Америки, также они поддерживали контакты с обитавшими здесь скрелингами. [87] Уходя все южнее, они оставляли за собой камни с руническими надписями. Хранители умирали от старости или в схватках с аборигенами. Некоторые решали остаться жить в скандинавских поселениях, другие уходили к скрелингам. Хотя у них и рождались дети, группа хранителей в конце концов сократилась до десяти мужчин, четырех женщин и пяти детей. Они сообщили архиепископу, что решили доставить мумию обратно в Египет, как этого желал Асим.