– Ну что ж, еще раз – огромное спасибо.

– Не за что, – ответила Марджори и стала подниматься на платформу.

Клинг какое-то время постоял, задумчиво глядя ей вслед, а потом полез в карман за мелочью. Он зашел в кафетерий на углу, отыскал там телефонную будку, назвал себя телефонистке и попросил ее разыскать ему телефон вестибюля в доме Тинки на Стаффорд-Плейс. Она сообщила ему нужный номер, и он его тут же набрал. К телефону подошел мужчина.

– Попросите, пожалуйста, к телефону смотрителя дома.

– Смотритель у телефона.

– Говорит детектив Клинг из восемьдесят седьмого полицейского участка, – сказал Клинг. – Я сейчас занимаюсь расследованием…

– Кто? – спросил смотритель.

– Детектив Клинг. А с кем я разговариваю?

– Я смотритель этого дома. Эмманюэль Фабер. Можно – Мэнни. Значит, вы говорите, что вы детектив?

– Совершенно верно.

– Господи, да когда же вы наконец дадите нам хоть минуту передышки?

– А в чем дело?

– Что вам там больше нечего делать, как только звонить сюда?

– Я кажется вам еще не звонил, мистер Фабер.

– Ну, может, и не вы, но все равно. Телефон этот, можно сказать, звонит постоянно как проклятый.

– А кто еще вам звонил?

– Детективы, а кто же еще.

– Детективы? Какие детективы? Когда они вам звонили?

– Да прошлой ночью.

– Когда?

– В понедельник. В понедельник вечером, можно сказать, уже ночью.

– Значит, вы говорите, что детектив звонил вам в понедельник ночью?

– Да, ему хотелось узнать, где он может отыскать Циклопа. Так мы тут называем одного из наших лифтеров.

– И вы сказали ему?

– Конечно сказал, а как я мог не сказать.

– А кто это был? Он назвал вам свою фамилию?

– Назвал, какой-то итальянец. Клинг насторожился.

А не помните случайно, фамилия его была не Карелла? – спросил он.

– Вот, вот.

– Карелла?

– Да, он так и сказал.

– А в котором часу он звонил вам?

– О, этого я точно сказать не могу. Но было это вечером.

– И он сказал вам, что его фамилия Карелла.

– Совершенно верно, детектив Карелла, так именно он и сказал. А в чем дело? Вы знакомы с ним?

– Да, – сказал Клинг. – Я знаком с ним.

– Ну так в чем дело, спросите у него самого. Он вам все и расскажет.

– А все-таки, нельзя ли уточнить, в какое время он вам звонил? Это был ранний вечер или поздний?

– А что это должно значить – ранний, поздний? – спросил Фабер.

– Было это до обеда?

– Нет, конечно, после обеда. Он позвонил, наверное, часов в десять. А может и позже.

– И что именно он сказал вам?

– Ему нужен был домашний адрес Циклопа, он сказал, что ему нужно срочно задать тому несколько вопросов.

– а о чем?

– Об убийстве, конечно.

– Он так и сказал вам? Он сказал вам примерно следующее: "Мне нужно задать Циклопу несколько вопросов по поводу убийства?"

– "…по поводу убийства Тинки Закс". Вот как он сказал, если хотите знать.

– Значит, он сказал вам: "Говорит детектив Карелла, мне нужно узнать…"

– Да, да, именно так он и сказал, да это был Карелла…

– "…узнать адрес Циклопа-Месснера, чтобы задать ему несколько вопросов по поводу убийства Тинки Закс".

– Нет, не совсем так.

– А как же? – Он не называл фамилии.

– Но вы же только что сказали, что он называл фамилию. Он же говорил, что речь идет об убийстве Тинки Закс? Вы сказали…

– Да, вы правы. Но я совсем не о том.

– Послушайте, а о чем же…

– Он не называл фамилии Циклопа.

– Ничего не понимаю.

– Ему хотелось узнать адрес нашего одноглазого лифтера, потому что, как он сказал, ему нужно было задать несколько вопросов относительно убийства Тинки Закс. Вот это он и сказал мне.

– Значит, он спросил у вас о нем, называя его просто одноглазым лифтером?

– Совершенно верно.

– Вы хотите сказать, что он не знал его фамилии?

– Ну, этого я не могу сказать. Он просто не назвал ее и в этом я уверен.

– Алло? – сказал Клинг. – Мистер Фабер, вы слушаете?

– Да, я вас все еще слушаю.

– А как, по-вашему, почему детектив Карелла не назвал вам фамилии Циклопа?

– Ну, понимаете ли, я сказал ему его адрес и уже собирался повесить трубку, как он спросил меня, как пишется эта фамилия. Он хотел знать, как правильно записать ее себе. Может быть, он не точно запомнил ее.