– Так,- скомандовал я, – все на борт. Отправляемся немедленно. Точка финиша – предместья столицы Империи Юга. Остальное – на месте по ходу дела.

– Лерыч,- оскалился черт,- а ты хорошо подумал, куда суешься? Сам же сказал – кипиш там крутой. Давненько не вляпывался? Да не, я не против, поприкалываемся по-нормальному. А вот ангелок-то наш не подкачает? А то, не приведи Единый, слепехундрит в самый неподходящий момент. Кто же ему тогда хламиду стирать будет?

– Уважаемый Нанонтудрунмаил четырнадцатый младший,- выступил вперед Лианарий,- а являюсь боевым архангелом Десницей Карающей в своей второй ипостаси, а это означает, что ведение боевых действий в поддержку мира и справедливости не претит моей внутренней сути. И как самую строгую епитимью, назначенную творцом, я приемлю непосредственное участие в процессе освобождения из тяжкого плена наших праведных друзей.

– Э, блин,- Нано покосился на говорившего,- а ты сам-то понял, что сейчас только что сказал. Ну, ты, братан, загнул. Ну, ладно, решать не мне, но я просто предупредил.

Телепортация прошла успешно, по Ауре мира я точно знал место высадки, но тут же пришлось еще раз прыгнуть на двадцать километров в сторону. Все воздушное пространство в предместьях Столицы буквально кишело летательными аппаратами различной конструкции, причем явно не гражданская авиация. Пусть мы и были невидимы для них, но в такой сутолоке… Вообще, во избежание столкновения, я переместил дирижабль в безопасное место. А вот дальше предстояла импровизация. То место, где держали эльфов было настолько "захламлено" какими-то помехами, что с большого расстояния я не рискнул их телепортировать. Мне совсем не хотелось чуть-чуть ошибиться и получить друзей частями. Подробно исследуя место предстоящего десанта, я подробно излагал план действий команде, когда из каюты вышел до сих пор отсутствовавший Торгон. Мрачный с того момента, как пропала Офель, гном был с ног до головы увешан оружием и взгляд его не сулил ничего хорошего виновникам похищения.

– Дружище,- спросил я его,- ты никак на войну собрался? Мы воевать не будем, скорее совершим тайну вылазку или диверсию. И тебя я не планировал задействовать.

– Без меня нельзя, эти ублюдки оскорбили в моем лице весь род. Я требую сатисфакции.

– Ну ты даешь,- удивился Нано,- и где ты прятал весь этот арсенал? Да тут на небольшую революцию хватит.

– Это не только боевое оружие, я прихватил и рабочие инструменты. В горном деле нет нам равных, а вы собирались стены ломать и двери вскрывать.

– Хорошо, я тебя понимаю и уважаю твои чувства. Пойдешь с нами, но вот оружие придется оставить. Для взлома на всякий случай что-нибудь возьми. Мы должны идти налегке, чтобы быть маневреннее.

– О! Тогда я тоже прихвачу вилку свою,- черт прищелкнул пальцами и в его руках материализовался трезубец из Черного Обсидиана,- может, сгодится, если что-то подогреть надо.

Лианарий тоже продемонстрировал свой клинок, а Торгон нехотя разгрузился. Да уж, команда выглядела серьезно: кавалерией да на танки. Надежда только на эффект внезапности и то, что местные жители не ожидают того, что все устройства в один момент откажут. Ну и начало операции я перенес на ночное время, ближе к утру, когда людей на улицах будет как можно меньше.

"Стояла тихая Варфоломеевская ночь" – под эту фразу, произнесенную чертом, мы вышли из дирижабля и приступили к выполнению задуманного. Через пару минут, как только я определился с расстоянием, направлением и силой воздействия, сразу три "высвободителя" ушли к своим целям. Я не планировал выключать весь город, а только ту часть, что нас интересовала, ну и еще с другой стороны в качестве отвлекающего маневра.

Две трети Столицы мгновенно погрузились в темноту и тишину, но лишь на мгновение. В центре завыли сирены, в воздух поднялись истребители, чтобы камнем упасть вниз, едва пересекали границу темноты. Со всех сторон ощущалось движение людей и техники в зоны аварии или диверсии.

– Ексель-моксель,- прокомментировал творившееся Нано,- а говорил без лишнего шума и пыли.

– И без жертв,- добавил Лианарий,- надеюсь, их не будет слишком много.

– Разбор полетов будет потом,- сказал я,- нам туда, в самый центр.

Совершив несколько "прыжков" по укромным местам в парадных зданий, мы оказались в прямой видимости центральной площади, на краю которой приютилось неприметное трехэтажное строение, окруженное сплошной стеной солдат и каких-то установок, явно тяжелое оружие. Наша цель находилась глубоко внизу под ним, около ста пятидесяти метров. Там же присутствовал и генератор энергии, снабжающий спецслужбы энергией независимо от города. В принципе, такое я предусматривал, и кое-что в запаснике у меня было. Мы переместились в один из кабинетов на последнем этаже. Я выбирал по принципу: там не горел свет. Теперь была готова к реализации последняя и основная часть плана.

– Так,- резюмировал я,- готовьте персональное освещение, сейчас сделаю темно.

– Не парься,- отозвался Нано,- я по определению вижу в темноте.

– И я способен на такое,- подтвердил ангел.

– Мы в подземельях, как дома,- скрипящим от злости голосом сказал Торгон.

– Понял, я тут у вас один не зрячий затесался. Ладно, воспользуюсь Истинным зрением.

Волна "высвободителя" ушла в стороны и вниз. Выждав несколько секунд, мы начали перемещение. Аккуратно, в несколько этапов. Хотя, после выключения источников, я уже абсолютно точно зафиксировал эльфов, мы продолжили в том самом режиме. Каждый из четырех телепортов приводил нас на новый подземный этаж лабораторий служб безопасности. Люди, лишившиеся привычной и крайне необходимой энергии, находились в ступоре, и даже от специально подготовленных охранников мы не встречали сопротивления. Попытки выстрелить в нас из неработающих автоматов и парализаторов за агрессию можно не воспринимать – они не могли поверить, что все это не работает, продолжая, тем не менее, упорно давить на спусковой крючок и удивляясь, что противник не падает. Нано выскакивал вперед, размахивая трезубцем, и повергал противников ниц, демонически хохоча при этом – ну позер он. Перед последней дверью, за которой и находились наши друзья, я остановился. Мог, конечно, и сам справиться, но посчитал нужным дать возможность гному почувствовать себя героем – спасителем.