Мармэн кивнул.

– У него привлекательная жена. Если муженек ей надоест, я могу нарисовать ее портрет и сделать кое-что еще.

– Твои последние работы весьма недурны, Майк. Где ты писал?

Речь шла о нескольких рисунках карандашом и углем, с обнаженной красавицей, нежащейся на берегу или выходящей из моря.

– Ах да, разве я не говорил? Я классно поплавал на яхте по Средиземному морю, это помогло мне прийти в себя и позитивно взглянуть на жизнь. Вообще-то, должен признаться с сожалением, та красотка, когда я ее рисовал, была неизменно в бикини.

– Знаешь, у тебя это отлично получается.

– Ты хочешь сказать, мысленно раздевать девчонок? Спасибо. – Мармэн рассмеялся. – Как бы то ни было, у меня действительно поднялось настроение. За несколько месяцев бесплодных поисков работы я опустился ниже некуда. Тут поневоле будешь казаться себе никчемным тунеядцем, которому остается рассчитывать только на пособие.

Встав, он наполнил стаканы.

– Выпьем за постоянную работу, – сказал Мармэн, и они чокнулись. – На следующей неделе у меня намечена пара интересных встреч. Помнишь Сирби, Брука и Эймура, отличных ребят из Омана? Так вот, они подыскивают мне подходящие варианты.

– Как дела у Розы-Мей?

– Вижусь с ней в основном по выходным, когда забираю ребят. – Мармэн помолчал, медленно вращая в руке стакан. – Знаешь, мне ее очень не хватает. Джулия отличная подруга, самый настоящий ангел, а Джилли, она живет по соседству, мне просто родная сестра. Но это не одно и то же. Одиночество, сожаление и все такое. Свобода, независимость – это все очень хорошо, но только не для меня.

– По крайней мере, у тебя есть дом.

Мрачное лицо Мармэна просветлело.

– Да, это мое спасение. Спасибо Джилли, она посоветовала вложиться в недвижимость и, видит бог, не ошиблась. С тех пор цены на жилье подскочили и аренда выросла, так что мне очень повезло. Но все-таки я должен устроиться на работу. Как-никак, у меня растут два сына, и я хочу сделать для них все возможное. Роза-Мей хорошая мать, но любому ребенку нужен отец.

Отец самого Мармэна, отважный летчик Королевских ВВС, эмигрировал в Австралию в 1962 году, когда Майклу исполнилось семнадцать лет и он решил стать кавалерийским офицером. После распада семьи Майк жил в Кингстоне с бабушкой и дедушкой. И вот теперь, четверть века спустя, он почти не встречался с родственниками, если не считать одного из братьев, офицера КВВС. Годы службы в 12-м Уланском полку стали лучшими в его жизни. Там был его настоящий дом, а сейчас он точно рыба, выброшенная из воды. Ну да ладно. Он прирожденный боец. Надо начать жизнь сначала…

Мармэн поймал себя на том, что впадает в меланхолию. Он терпеть не мог зануд, портящих настроение другим. Майкл перевел разговор на общих друзей и быстро вернулся в свое обычное жизнерадостное состояние.

Раздался громкий стук в дверь, и друг Мармэна встал.

– Пожалуй, пойду, а то Моника начнет гадать, куда я пропал. На следующей неделе заскочу к тебе промочить горло.

В дверях он столкнулся с двумя полицейскими в штатском. Один из них, предъявив значок, обратился с нескрываемой почтительностью:

– Мистер Мармэн, просим минутку вашего времени.

Он назвал себя и представил своего коллегу.

– Нет, я уже ухожу. Вот Майк Мармэн. Впутался в какую-то неприятность?

Друг ушел, а Мармэн пригласил неожиданных посетителей в дом. Полицейские согласились выпить чаю, и, пока Мармэн ставил чайник, Дэвис установил нужным образом чемоданчик со спрятанной внутри видеокамерой «Сони» с широкоугольным объективом.

Когда Мармэн вернулся, полицейские сказали, что в четверг 30 октября в 18.40 он предположительно участвовал в драке у дверей пивной «Антилопа». Двое свидетелей видели, как его машина скрылась с места при появлении полиции. Мармэн решительно заявил, что не имеет никакого отношения к драке.

Дэвид Мейсон не мог избавиться от смутного беспокойства. Он гордился своей памятью на лица, однако ему никак не удавалось вспомнить, где он уже видел полицейских, пришедших к Мармэну домой. Резвый «рейнджровер» 1985 года с ручной коробкой передач мчался по шоссе М-40 и А-40 до Оксфорда и дальше до Эйншема, а Мейсон все копался на задворках сознания, пытаясь привязать эти два лица к какому-то событию. Наконец недалеко от дома нахлынуло прозрение. Осознав возможные последствия своей ошибки, Мейсон утопил педаль газа, и «рейнджровер» рванул вперед, разбрасывая колесами щебенку.

Ворвавшись в дом, Мейсон схватил ключи и заперся в оружейной комнате. В одном из сейфов с документами он нашел зеленую папку и достал из нее несколько фотографий. Это были сделанные десять лет назад под Сумайлом снимки убийц Миллинга. Никакой ошибки быть не могло. Сегодня вечером к Майклу Мармэну наведались двое дружков Белой Шляпы. Вполне возможно, они до сих пор там.

Мейсон тотчас схватил телефон и испытал невыразимое облегчение, услышав ответ Мармэна:

– Нет, они ушли. Провели у меня минут двадцать. Это в связи с уличной дракой перед «Антилопой». Полицейские думали, будто я имею к ней какое-то отношение, но я быстро поставил их на место, и они даже извинились. А почему ты спрашиваешь?