Разумеется, оба не могли молчать от свалившегося на них счастья.

– Какое богатство! – воскликнул Халеф. – Ханне, любовь моей души, с этой минуты ты самая почтенная среди всех жен и внучек Атейбе и Хаддедина. Она может купить стада всех племен Шаммара, и одеваться в шелка из Хиндустана, и украшать свои прекрасные волосы жемчугами и драгоценными камнями. Ее тело будет тонуть в персидских ароматах, а ножки укроются в туфельках принцессы.

Казалось, величина богатства вскружила ему голову, и он легко мог растратить его попусту. Мне пришлось объяснить ему, что его состояние вовсе не так велико, как он думает.

Омар радовался не так бурно. Блаженно улыбаясь, он говорил:

– Галингре дал мне то, к чему я так стремился; теперь я могу вернуться на родину. Вместе с Халефом я отправлюсь к Хаддедину и куплю у него верблюда, нескольких коров и отару овец. Потом я, пожалуй, выберу прелестную дочь племени, что станет моей женой. Слава Аллаху! Теперь я знаю, что могу жить.

Лорд понял если не все, то хотя бы основное. Он пробурчал:

– Чушь! Галингре! Купец! Я – лорд из старой, доброй Англии и тоже могу делать подарки. Всему свое время! Послушайте, мастер, как вы относитесь к тому, что оба ваших спутника мечтают добраться до пастбищ Хаддедина? Как они попадут туда? Какой маршрут им выбрать? Не лучше ли было бы им добраться на пароходе до Яффы, а оттуда поехать верхом через Палестину в Босру, что в Джебель-Хауране. Так они выберутся на дорогу, по которой вы уезжали из страны Хаддедина.

– Пожалуй, это было бы лучше всего. Но как они попадут на пароход, идущий в Яффу? И сколько денег им придется платить!

– Фу! Плачу за все! Разве я не говорил вам, что меня ждет французский корабль? Мы можем взять с собой на борт всех наших лошадей, а потом, сойдя на берег, подарим их спутникам. Мы поедем с ними до Иерусалима.

– Мы? Кого вы имеете в виду?

– Вас и себя, конечно!

– Ого! Мне надо ехать домой.

– Ерунда! Довольно я сетовал, что во время нашей поездки из Дамаска к берегу моря нам пришлось оставить в стороне Иерусалим. Надо наверстать упущенное. Едем! Как сказано, я плачу за все.

Он протянул мне руку.

– Мне надо подумать, сэр, – ответил я.

– Так, думайте же быстрее, иначе я поплыву в Яффу, прежде чем вы рассудите. Well!

Таков он был! Его мысль мне очень понравилась, и я готов был согласиться.

Тем временем мы достигли Гори, а оттуда стали спускаться в Скутари, конечный пункт нашего путешествия через страну штиптаров.

Линдсей изложил свой план Халефу и Омару; тот был принят с восторгом; оба так бурно набросились на меня, что мне, конечно, пришлось уступить их натиску, но, откровенно говоря, это было мне по душе.

Мы остановились в гостинице Анастасио Попанико; в ней было всего две комнаты для приезжих; по счастью, они оставались не заняты. Мы могли привести себя в порядок, а то мы уже превратились в каких-то дикарей.

Лорд тотчас послал срочное письмо в Антивари, чтобы известить капитана о нашем маршруте, а я не нашел ничего более важного, чем пойти к парикмахеру, а потом запастись новым костюмом и свежим бельем. Разумеется, всем нам стоило еще наведаться и в баню.

Потом мы принялись строить из себя господ и отправились на Скадарское озеро, откуда открывался чудесный вид на город. Когда мы вернулись домой, нас ждал полицейский чиновник, при котором находились трое одетых в красное хавассов. Посмотрев наши паспорта, чиновник с почтительными поклонами вернул их, чему немало способствовал щедрый бакшиш, переданный ему лордом.

Хотя Скутари лежит на Адриатическом море, это совершенно восточный город. Часть его расположена в плодородной долине, часть – на холмах, окаймляющих эту долину; на самом высоком из них стоит обветшалый замок. Собственно говоря, этот город состоит из нескольких деревень, слившихся друг с другом; дома здесь почти исключительно деревянные.

Оско весь день оставался в городе, потом он попрощался с нами, чтобы ехать в Риеку, где жил прежде. По морю он добрался бы гораздо быстрее, но он полагал, что его пегий, коим он очень гордился, не привык к обманчивым волнам.

Прощание было тягостным. Оско обещал по возвращении в Эдрене и Стамбул передать своим родным приветствия от нас и уверял, что те непременно напишут мне. Мы долго провожали его.

Курьер, посланный лордом в Антивари, вернулся лишь на другой день, ведь ехать пришлось одиннадцать-двенадцать часов. Он доложил, что капитан находится в Риве, невдалеке от Антивари, и в любой момент готов взять нас на борт. Нас ничего не держало в Скутари, поэтому на следующий день поутру мы отправились в путь.

Пришло время радоваться, что у нас такие отличные лошади, ведь путь стал намного хуже. Питьевую воду для себя и лошадей мы сумели раздобыть лишь в одном-единственном месте; мы достигли его в полдень. Оно находилось на горном хребте, разделявшем два города и тянувшемся до самого моря.

Спуск с гор был таким крутым, что нам пришлось спешиться, чтобы поберечь лошадей. Оттуда уже виднелось море. Впрочем, лишь за час до города дорога выровнялась, и мы смогли продолжать свой путь верхом.

Мы спешно миновали Антивари и направились в Риву. Там, на берегу моря, стояли четыре дома: карантинная, агентство австрийского «Ллойда», таможня и постоялый двор. В последнее заведение мы и заглянули. Было пять часов пополудни, когда мы прибыли туда.