Послушник буддийского монастыря овладевал знаниями минимум за двадцать лет, постоянно находясь в Боробудуре. Я видел нечто подобное и в Бирме, в храме Кутодо, где на табличках выбиты тексты буддийских заветов.

В бреду, не осознавая границы сна и яви, я пытался получить связь всего, что со мной происходило: Хализ, олигарх, Македонский, Будда, игра, время, Эсфира.

Бремя власти и денег, которое я не ощущал раньше, вдруг начало давить на меня. Чувство нереальности происходящего усиливалось. Я был в какой-то другой жизни, не принадлежащей мне, между реальностью и вымыслом, между телом и духом. Передо мной стоял буддийский монах. Я смотрел, как солнце скользит по крышам пагод, когда услышал тихий голос:

— Доброго вечера.

Я обернулся, передо мной стоял монах в рыжем одеянии.

— Добрый вечер, — сказал я и поклонился.

— Вы что-то ищете? — спросил он учтиво.

— Да, — ответил я, — и промолчал, зная, что на Востоке сразу все не говорят.

— Здесь ищут истину, — сказал монах учтиво.

— Да, я тоже ищу истину, — сказал я, — истину власти.

— Власти над людьми или власти над собой?

— Власти вообще, — сказал я.

Монах улыбнулся и показал мне знаком, чтобы я шел за ним. Мы поднялись на верхнюю площадку и подошли к одному из изображений Будды. Под улыбающимся Буддой были начертаны изречения.

— Тебе нужно вот это, — сказал монах и перевел на английский:

Власть есть слабость сильного, отдай силу слабым и получи власть над всеми.

Он долго смотрел на меня, улыбаясь невинной улыбкой ребенка. В этой улыбке не было издевательства или превосходства. Это была именно улыбка ребенка, который, раскрывая истину взрослому, бескорыстно радуется, что дарит тебе нечто бесценное и простое.

— Надеюсь, у тебя достаточно времени, чтобы понять эту мудрость, — сказал монах и незаметно для меня растворился в лучах закатного солнца.

Теперь у меня было очень много времени, чтобы понять всю эту мудрость.

Все так просто. И за этой истиной Македонский шел сюда. Да, прочитать это не сложно, а вот понять и выполнить. Понять ее смысл, когда ты хозяин над миллионами, когда ты теряешь чувство реальности и кажется, что они должны подчиняться тебе просто так. Но всегда, именно всегда, приходит Момент Истины. Не насилие, а справедливость дает в руки правителя вечную власть…

Я проснулся ночью, баркас тихо шел вперед, все спали. Южная ночь с ее ярким звездным небом простиралась до горизонта. И тут же я вспомнил, почему я здесь. Это привело меня в ярость. Я не контролирую ничего в этом мире и лишь жду телефонных звонков, чтобы погрузиться в раздумья о собственной жизни. Что делать, что предпринять, как найти выход. Все так смешалось в голове. Я не имею четкого плана и действую по обстоятельствам. Хотя это трудно назвать действием. Как действовать, когда я в открытом море и не знаю, куда меня несет.

Мои размышления прервал звонок сотового телефона. Я своим ушам не поверил. Я шарил по ящикам на рубке баркаса минут десять и нашел телефон. Тут же открыл флип и увидел пропущенный номер. Я набрал номер заново, ожидая услышать английский или французский, но услышал родную речь:

— Ну как, Марьянофф, тебе нравится наше кругосветное путешествие. Это был голос Узрамаева и не просто голос, а рупор победителя, гром Зевса среди ясного неба.

— За мои деньги ваше путешествие, забавно, — быстро нашелся я.

— Жизнь — это жестокая игра на деньги, тебе ли не знать, Марьянофф.

— В этой игре слишком много случайностей.

— Ты веришь в случайности, Марьянов, зря, их не бывает. Все случайности находятся в руках людей, и сейчас я моделирую события и обстоятельства твоей жизни, и, значит, я для тебя бог.

— Ты сказал, что все случайности находятся в руках людей, причем же здесь боги.

— Одни люди становятся богами для других.

— И что это значит?

— Твои обстоятельства в наших руках.

— В «ваших руках», — спросил я с издевкой.

— Да, в руках бога, — продолжал он с пафосом.

— Я не верю в бога.

— А это и не требуется. Неужели ты думал, что после такого цунами может сохраниться хоть что-нибудь. Цунами длилось не более получаса. Ты и твои спутники были в забытьи, и мы просто подогнали баркас.

— Спасибо.

— Бог не нуждается в твоем благодарении.

— Послушай, Валерий, на бога ты не тянешь, для такой игры ты слишком практичен и простоват, она тебе не по карману.