И только бы успеть!

Если ты Огонь - прикажи огню не пылать на площадях и над рушащимися кровлями! Если ты служишь Жизни - сделай так, чтобы жизнь, вытекшая из вен, не разлилась багряной рекой по Романду!

...В Тойе я врываюсь к вечеру, когда ворота уже собрались закрывать. Степным пожаром, золотым вихрем проношусь я по улицам главного оплота святой Бланки, и на центральной площади лошадь, покорная моей воле, взвивается на дыбы, пляшет, как пламя...

– Горе вам, жители Тойе - барон диа Коссэ ведет сюда войска!

На мой пронзительный крик отовсюду сбегается народ. Многие узнают меня - я прежде бывала в Тойе. Но сейчас мне не до того. Я - Огонь, беснующийся на площади... огонь тех костров, на которых сгорели Ирэн-Марта и ее любимый, первые жертвы - и лишь от меня зависит, чтобы они стали последними.

– Да не прольете вы крови! Кротостью святой Бланки заклинаю вас, люди Тойе - не обнажайте оружия! Есть еще время собирайтесь быстрее и все уходите в горы, в Солнечную Цитадель! На ней благословение Божие, и Коссэ не взять ее никаким штурмом!

– Мы пойдем по слову твоему, эна Ирма!
– вскидывает руку немолодой уже воин со шрамами и проседью в волосах.
– Мы верим тебе, и ты поведешь нас!

– Нет, вы пойдете без меня, но благословение мое пребудет с вами. Ибо не наказан еще Зверь, именующий себя Верховным Экзорцистом, и в руках его находится невинно осужденный на мучительную гибель. Прочь из Тойе лежит моя дорога, и долг мой сейчас - спасти невиновного, отступника же да покарает Господь по слову моему и вере вашей!

– Да будет так!
– отвечает этот, с сединой.
– Делай, что должна, эна Ирма, и не беспокойся за нас - мы верим тебе и уповаем на Господа и святую Бланку, а они оборонят нас...

Я мчалась всю ночь, не жалея ни себя, ни коня. И вот утро, и я въезжаю в лес, пронизанный косыми солнечными лучами, напоенный ночной росой, приветствующий меня голосами птиц... Они - здесь. Я просто знаю это, как всегда, и теперь двигаюсь не спеша, слушая себя и лес, пытаясь угадать, где именно они встали на ночь...

Ага... Вот. Тонкая извилистая тропка уводит вглубь леса. То есть это вчера она была тонкая, а сейчас все вокруг в следах копыт - сразу заметно, что здесь прошла изрядная толпа. Я слезаю с лошади, глажу ее по холке на прощание:

– Спасибо тебе, хорошая, а теперь - до свидания. Погуляй тут, травки свежей поешь, отдохни. А потом, если хочешь, возвращайся к хозяину и слушайся его, как меня.

Лошадь кивает головой. Кажется, ей не очень хочется прощаться.

Зеленая рубашка, верхнее платье - коричневое. Я мгновенно растворяюсь в утреннем лесу, не иду - легкой тенью скольжу над тропинкой, и Зеленая Стихия дарует мне свою силу. Попадись мне сейчас хоть бешеный кабан - дорогу бы уступил.

Осторожно замираю меж деревьев. Лагерь. Часового нет пока еще не война, да и местность безлюдная... Лошади меня тоже не чуют, я для них не более чем еще один шорох леса. Среди белых палаток одна - малиновая. Не надо гадать, кому она принадлежит. Над костром вьется дымок, похоже, завтрак уже на подходе.

И тут я замечаю Хозяина. Он привязан к раскидистому клену, и по его изможденному лицу можно предположить, что в таком положении он провел всю ночь. Рядом с ним на травке развалился мордоворот из людей Коссэ.

Сердце мое болезненно сжимается. Что они с ним сделали, мерзавцы? Над левой бровью Хозяина - ссадина, глаз заплыл, черты как-то неприятно заострились, но у него еще хватает сил удерживать облик Диаль-ри. Ветерок слегка шевелит пепельные волосы - а ветра-то вроде бы нет...

– Эй, Эрве, жрать дают!

Мордоворот-охранник лениво поднимается с травы и направляется к костру, даже не взглянув на пленника. Шаг - и в следующий миг мой кинжал уже режет веревки, холодок стали касается запястий пленника, и я слышу радостный шепот:

– Эль... Ирма!

– Бежать можешь?
– лихорадочно шепчу я, когда последняя веревка падает на траву.

– Могу, но... Ты знаешь, я растратил слишком много силы на эту скотину, мне бы отлежаться двое суток... Боюсь, у меня не получится удрать по Закону Цели.

– Беги, кому говорят!
– я слегка толкаю его в спину.
– И предоставь мне разбираться с этими, я их задержу.

Ему больше не нужно повторять. Он ныряет в кусты вслед за мной, я падаю на землю, и вижу, как мелькает в зелени белая рубашка...