— Ух ты, — сказал Джордж, плотнее наваливаясь животом на витрину. Он долго лежал на ней, витрина даже стала теплой. В тот момент мальчик понял, что не хочет больше ничего, кроме этой окаменелости. Он готов все свою коллекцию за неё отдать!

Камень, хотя и был в шкатулке, наверное, можно купить отдельно, подумал мальчик. Он уже решил, что дома положит его на самое видное место на полке — среди трилобитов. И обязательно похвастается перед Питером Вэстом.

— Пап, а пап… — осторожно попросил Джордж. — Купи мне его на день рождения.

— Булыжник? — пошутил Филипп. — Хорошая идея — недорого и сердито.

Они подошли к сидевшему за своей конторкой равнодушному продавцу.

— Ну, давай сам, — шепнул старший Скидмор сыну.

Джордж спросил цену. «О, Боже! Если бы я мог повернуть время назад, чтобы предотвратить это страшное злодеяние», — воскликнули из транзисторного приемничка. Продавец нехотя убавил громкость и ответил, что в Лавке не торгуют подобным товаром.

— Да он вот тут лежит, — показал Джордж на шкатулку. Продавец подошел к витрине, раскрыл шкатулку и с удивлением передал окаменелость Филиппу. — Впечатляет, — сказал отец. — Почем у вас десяток таких?

Джордж счастливо рассмеялся — он уже держал наготове пакет, чтобы положить туда покупку. Но продавец задумался, как-будто первый раз увидел окаменелость, а затем назвал немыслимую цену.

— Что?? Сто пятьдесят девять фунтов? Сто пятьдесят девять фунтов? — страшным голосом переспросил отец, кладя камень обратно в шкатулку. По его лицу Джордж понял, что вероятность покупки равна нулю.

— Пап, ну пожалуйста.

— Слишком дорого.

— Ну пап… — слезы приготовились капнуть из глаз мальчика.

— Нет.

Джордж знал, что такое «нет» означает не «нет, хотя возможно», а именно «нет»… Подумаешь, сто пятьдесят фунтов, большие деньги! Он бы на месте отца не стал жадничать. Правильно тетя Мэри говорит: глупо вкалывать с утра до вечера, если не можешь купить то, что хочется. Мамина сестра — настоящая миллионерша, и при том не работает. Она знает, о чем говорит.

Как же заполучить камень? Похоже, в Лавке этим товаром особенно не дорожат. Джордж готов был спрятать его в карман, хотя в жизни не воровал.

И тут электричество в магазине погасло. Лавка погрузилась в полумрак, который дождливым днем нередок в заставленных мебелью помещениях. Стало тихо и тревожно, только транзисторный приемничек еле внятно продолжал причитать: «Слишком поздно, и нет пути назад!». От волнения Джорджу померещилось, что через зал пролетела и уселась на стену доисторическая птица с дамской шляпкой в зубах.

Потом свет вспыхнул с новой силой. Зажглись все выставленные на продажу старинные лампы на бронзовых ножках. Там, где уселась птица, оказался обыкновенный настенный светильник с абажуром. И опять все погасло.

— Ничего себе, иллюминация, — сонно заметил продавец. Забыв про окаменелость, он направился к электрическому щитку. Мигающий свет волновал его чуть больше, чем оставленный на прилавке товар.

— Филипп, мы с Брэндой выходим! — крикнула мама.

— Мы тоже! — и отец пошел к выходу.

— Еще разок только взгляну, — тихо сказал Джордж. Он не мог найти в себе силы расстаться с камнем, словно кто-то нашептывал ему: «Укради».

— Джордж, пакет у тебя?

— У меня, у меня…

— Догоняй! — отец вышел из магазина.

Джордж подергал крышку — это была та самая, с лопоухим человечком, но сейчас она не открывалась, словно была заперта изнутри… Как теперь поступить?

— Что-то пакет заметно потяжелел, — заметил Филипп Скидмор, когда они поднимались по крутым ступенькам в башню. Его лысина блестела от капелек пота. — Прихватил камушек с собой?

Сердце Джорджа ухнуло и покатилось по крутым ступенькам. А что если отец заглянет в пакет прямо сейчас и увидит на его дне украденную шкатулку?

— Не расстраивайся, — старший Скидмор похлопал сына по спине. — Разбогатеем, все окаменелости на свете скупим.

Филипп даже не представлял, как близок был к истине, когда шутил минуту назад. Он по-прежнему пребывал в глубокой уверенности, что его Джордж на кражу не способен. «Разбогатеем! Как же!» — едва не фыркнул мальчик.

В башне Скидморы сели у окна. Отец пошел платить за чай и горячие кексы, Брэнда и мама смеялись о чем — то, а Джордж все двигал под столом ногой, проверяя пакет. Мальчик надеялся, что никто пока не станет туда заглядывать, а потом он незаметно перепрячет шкатулку с камнем. Волнение его не проходило.